— Вы это… того… берите, а я сейчас империалов хозяевам отсыплю… Хм… Нет, империалов недостаточно, нужно ещё записку оставить… Где мой блокнот? А, вот… Так… Довожу до вашего сведенья, что я, ваш постоялец…
— Нет. Не знаю ни одного колдуна, чтобы с погодой управлялся. Вообще ни одного. И заклятий таких не видел. Странно, почему так?
— …в связи с чем приношу свои извинения и оставляю сию скромную компенсацию… Потому что, Фигаро, погода — сложная штука. Вы призовёте дождь, но никогда не сможете предсказать последствий этого, а последствия могут быть самыми разными: от засухи в соседнем уезде, до града размером с кулак тремя верстами севернее. Несколько же колдунов одновременно пытающихся изменить погоду каждый в своём уголке Королевства создадут такие климатические аномалии, что вы даже не поверите, если я расскажу вам о последствиях. Ураганы, морозы в июле, грозы, сжигающие нахрен целые деревни, цунами… Короче, никакого погодного колдовства. Запрещено.
— Но ведь дожди вызывают.
— Да, подчиняя для этих целей мелких духов. Другие на то и Другие, чтобы не дать нерадивому колдунишке разнести всё вокруг в пух и прах… Так, Фигаро, не тормозите! Берите горшок с картошкой, а я возьму огурцы…
— Ум-м-м-м-м! Слушайте, а вкусно. Действительно ведь вкусно! Это, кажется, белые грибы?
— Угу, они фамые. Форт, фкуфнотиффа! М-м-м-м-м! Где огурчики?‥ А, вот они… Слушайте, Артур, а почему мы едим стоя в коридоре?
— Хм… Знаете, интересный вопрос. Но, так или иначе, мы уже утоптали половину… Чёрт, курить-то как хочется…
— Может, в комнату?
— Да, давайте… Понять бы в какой она стороне… Вот эта лестница тут была? А мы, значит, по коридору шли, и вышли… эм-м-м… Поколдовать, что ли?
— Не надо, я помню… кажется. Вот по этому коридорчику и налево. Там будет дверь… М-м-м-м, почему же всё такое вкусное?‥
— Мне вот только что пришло в голову, что мы с вами странно выглядим стоя здесь посреди ночи без света, разговаривая шёпотом и лопая картошку с мясом прямо из горшочка. Давайте-ка понемно-о-о-о-ожку, ма-а-аленькими шажочками, на цы-ы-ы-ы-ыпочках…
— Угу, иду, иду. Только огурец доем… И вы аккуратнее, а то пол скользкий — мастика… О, а вон и дверь в нашу комнату. Виднеется.
Обволакивающая свинцовая тяжесть, искрящаяся в голове радужными фейерверками отступила, и ей на смену пришла пушистая облачная лёгкость, которая куда больше понравилась Фигаро. Следователь лежал в кресле, положив ноги на стол, попыхивал трубкой и блаженно жмурился. Ему было хорошо.
Артур, в конечном счёте, наплевавший на такую условность как мебель, просто развалился в воздухе, покачиваясь в невидимом силовом гамаке. Он курил папиросы — самые обычные «Сибирь-трастЪ» с гильзой — жевал галету, поглаживал бородку пальцами и всем своим видом излучал благодушие, что, скажем начистоту, с Мерлином Первым случалось нечасто.
— Вот теперь я, наконец, расслабился с дороги, мать-перемать… Как бы я ни любил путешествия, но, сдаётся мне, что очень скоро клоповый комфорт королевских вагонов и тарахтящие мотофургоны мне встанут поперёк горла, и я вернусь к старым добрым способам перемещения в пространстве, кои долженствуют лицу моего статуса. Колдовским, разумеется, а как же!
— Вроде блиц-коридоров? — Следователь прикрыл глаз и выпустил изо рта пару идеально круглых дымных колечек.
— П-ф-ф-ф, вот ещё! Блиц-коридор — это не про путешествия. Это транспортное заклятье для экстренных случаев, скучное как палка и такое же изящное, на самом-то деле. Там самое сложное — математика, и если у вас имеется вычислительное устройство немногим мощнее лампового арифмометра, то шанс напортачить и заслать себя куда-нибудь на Венеру становится равным нулю. Не-е-е-е-ет, путешествия — это когда ты лениво наблюдаешь из окна за проплывающим мимо ландшафтом — желательно симпатичным — пьёшь содовую из пузатой бутылки и наслаждаешься ветерком, играющим в волосах. Вот, например, в Халифате всегда были популярны летающие ковры — красота! Ну, красота же! Если зачаровать ковёр правильно, убрать к чертям инерцию, отклонить фронтальный поток воздуха и установить какую-никакую защиту по периметру — ну, чтобы не сверзиться по неосторожности вниз — то получается великолепное транспортное средство. Отменное, поверьте! У меня такой ковёр был, был и у Морганы, и я искренне считаю, что любой, кто претендует на степень магистра, должен решить Задачу Летающего Ковра. А она, поверьте, нетривиальна; там с одной аэродинамикой намучаетесь. Но самое главное то, что с ковра всё видно. Вот эти вот самые просторы, луга, реки, долы и прочие прелести, сотни раз воспетые в мерзких стишках но от этого, на удивление, на потерявшие своей привлекательности…
— …а вот это хорошо звучит, кстати. На летающем ковре я вас легко могу представить; Мерлину такой транспорт как раз подойдёт.
