- Вам действительно кое-что известно, – пробормотала инквизитор после недолгого молчания. – Да, верно: молодой, весьма симпатичный, исключительно стильно одет. Костюм от Карины Крузейро – коллекция этой осени, на минуточку – длинный плащ через плечо. Сейчас такие плащи очень популярны в Авроре, но даже там не каждый может похвастать заколкой из цельного бриллианта. Однако я бы не сказала, что он выглядел больным. Скорее, как человек, который недавно перенёс тяжёлую болезнь, а теперь постепенно выздоравливает. У него была трость – шикарная чёрная палка с ручкой из слоновой кости, и этот Тренч опирался на неё всем своим весом, да и говорил он полушёпотом, но на покойника никак не смахивал. Поприветствовал нас, предложил вина. Очень, очень вежливый и милый молодой человек. Знаете, есть люди, в которых сразу чувствуется хорошее воспитание? Вот этот Тренч из таких... Мда... От вина мы отказались, и сразу перешли к делу. Попросили провести в комнаты клуба «Детей Астратота». – София Кранц вздрогнула; лицо инквизитора заметно побледнело. – Этот молодой человек... этот Тренч... Он... В общем, он ответил, что, разумеется, понимает наше желание увидеться с детьми, но, к сожалению, в данный момент ничем не может нам помочь, однако у него есть некоторое встречное предложение, которое нас всех наверняка заинтересует. А потом он щёлкнул пальцами.
Она нервно провела ногтями по своим коротким волосам, и следователь заметил, что руки инквизитора дрожат.
- Я даже толком не рассмотрела контуры заклятья. Что-то каскадное, сложное, и очень сильное. Я бы, например, такое количество эфира через себя за раз пропустить бы не смогла. Точнее, смогла бы, но прожила бы после этого минуты две. Меня ударило, скрутило, парализовало и отсекло от всех эфирных потоков. Кроме моих личных запасов, разумеется, но когда я попыталась освободиться, то на несколько секунд потеряла сознание от боли. Тренч усмехнулся, и сказал, что заклинание, в которое он нас поместил, отслеживает попытки колдовства, и, если таковые происходят, воздействует на тройничный нерв незадачливого колдуна.
- Понятно. – Фигаро ругнулся, и, наконец, скинул с себя пальто, а заодно и пиджак; он буквально пропотел насквозь и сейчас мечтал только о кадушке горячей воды, а ещё лучше – о ванной. – Налейте мне, пожалуйста, господин Хорт. Я вижу, у вас там почти полная бутылка.
Заклинание с описанными инквизитором эффектами следователю было известно. О нет, конечно же, не в том смысле, что он мог сам его сотворить – куда там! – но из книги с богатым и интересным названием «Для служебного пользования, БЗ(СМ-ОМ) – 22-44» которая была обязательной к ознакомлению для агентов Особого Отдела на этапе их начального обучения Фигаро знал, что подобные заклятья применяются, главным образом, в Сером Ордене, причём применяются давно, несмотря на то, что сами по себе нарушают «Заветы Нового Колдовства», поскольку не являются ни простыми, ни энергоэффективными. Тем не менее, «крысы», особенно Руки, очень любили эти милые «путы», которые блокировали попытки колдовать импульсами адской боли (что, подумал следователь, могло многое сказать не столько о заклятьях, сколько о самих сотрудниках Ордена).
Тогда вот тебе, агент Их Величеств, загадка: кто легко управляется с заклятьями Серого Ордена, но в Ордене не состоит?
Или?..
- Что было дальше я помню смутно. Хотя это ещё ничего; эти, вон, трое вообще ничего не помнят. – Инквизитор глубоко затянулась сигаретой, надолго задержав в лёгких дым. – Хотя, если честно, и у меня в памяти осталось немного. Точно помню только переход через блиц-коридор – это чувство тяжело спутать с чем-то другим. Потом – влажный холодный ветер, запах земли, ощущение дезориентации... и резкое возвращение в сознание.
- Он сунул нам под нос какую-то ароматическую соль. – Жандарм пьяно хихикнул. – Вонючая – страсть, но мы тут же пришли в себя. Уже вечерело, но я сразу понял, где мы – на Кровавом Пятачке. Это такое место за городом...
- Знаю, знаю. Там горожане решают... всякие деликатные споры. Иногда весьма кроваво. Даже бывает так, что один из спорщиков навсегда остаётся в тамошней земле.
