Когда его жертва, испуганное, беззащитное и только что униженное существо, страдающее, ищущее во что бы то ни стало спасения и связывающее это спасение только и только с ним, оказалась перед ним, он перешёл к делу. Рублик выждал долгую паузу, уставившись на меня самым недобрым образом.
– Ты, кажется, чем-то недовольна. Тебе что-то не нравится? – наконец, произнёс он.
– Нет, всё в порядке, – давясь своим комом в горле, сказала я, и, поняв наконец, для чего в офисах психологов везде и всюду расставлены салфетки, схватила одну из них.
И тут очередной сюрприз! Доктор Рублик заликовал, он на глазах просветлел, он был счастлив, он добился своей цели в рекордно короткий срок и, кажется, испытывал профессиональный экстаз.
– Это хорошо, что ты заплакала, значит, ты поддаёшься терапии, – выдал он, потирая руки от восторга.
Потом он начал задавать мне какие-то вопросы, но отвечать мне не хотелось. Это несколько поубавило его пыл. Я замкнулась. Бесконечный час кое-как истёк, я заплатила и ушла.
На улице было так же красиво – полнейший контраст с тем, что творилось в моей душе. Я поняла, что Доктор Рублик преследовал одну цель: сломить и подчинить меня своей воле – это был первый «успешный» этап его терапии. Ему надо было, чтобы я заплакала, стала жалкой и беспомощной. Я начала проводить аналогии с моим визитом к первому психологу. И тут я поняла, что их объединяли не только кресла, диваны и салфетки, а также методы. Просто первый был немного добрее и намного умнее, он хотел подчинить меня себе, заставив пойти к какому-то единственному на земле психиатру, и когда увидел, что сделать это не удастся, просто таинственно отказался иметь со мной дело. Я зауважала его за профессионализм: не поддалась, ну и ладно, зачем же унижать человека?
На следующее утро я позвонила Доктору Рублику и на автоответчике оставила сообщение, что не приду на запланированный сеанс – отменяю визит. И каково же было моё удивление, когда часом позже мне перезвонил искренне недоумевающий после своего триумфа накануне Рублик и почти что кокетливо спросил:
– На какой день и час ты хочешь переставить свой визит?
– Ни на какой, – сказала я.
– А… (
Отказ от Доктора Рублика принёс мне большое облегчение, я как бы снова вырвалась на свободу из тисков, освободилась от очередного насилия. Жаль, конечно, что опять рухнула надежда вылечиться. Но в этот раз всё было по-другому: я знала, что уже перепробовала всё, и это подействовало на меня в каком-то смысле раскрепощающе. Я смирилась, приняла как факт, что должна жить со своими симптомами – бывают же иногда ситуации, которые невозможно изменить, а значит, надо смириться.
Настало лето (2012 год), мы поехали в Ереван. Там серьёзное увлечение шахматами моего старшего сына привело меня в шахматную академию Армении, где я встретилась с психологом и физиотерапевтом армянской шахматной федерации, Арменом Агузумцяном.
