— Если ты и дальше будешь бегать за Генрихом, инститорша, то в следующий раз это будет твоё сердце! И я съем его на завтрак…
Аноли замерла, и лицо её смертельно побелело, а глаза потемнели. Только я с трудом вытащила застрявший меч, как охотница молча бросилась на меня. Рука её взметнулась, и я испуганно уставилась на искорку синего пламени, которая заскользила по пальцам инститорши. Но между нами вклинился Джерт. Он схватил подругу и сжал её локти.
— Аноли, нет! — серьёзно сказал он. — У нас нет на это лицензии.
К моему облегчению, искра погасла. Я вздохнула с облегчением и, не удержавшись, показала ей язык:
— А у меня есть! Пусть и фиктивная, но моя! Спасибо за ужин.
И быстрыми шагами направилась к выходу, изо всех сил стараясь не оборачиваться. Аноли взорвалась такой бранью, что я даже позавидовала богатому лексикону внешне приличной красотки. Губы мои растянула широкая довольная улыбка, от вида которой посетители шарахались… а может, дело было в оружии, которое я крепко сжимала в руках. В любом случае, в этом раунде я вышла победителем!
Ключ скрипнул в замке, и дверь отворилась. В офисе было темно, пахло барбарисками и рыбой. Жуткая смесь! Я поморщилась и быстро прошла прямиком к окну. Сворки распахнулись, и влажный ночной воздух бросился мне в лицо, обдавая ароматами бензина и гнилого мусора. Ещё хуже… Я поспешно закрыла окно.
Взгляд мой скользнул по папкам, беспорядочно разбросанным по столу Забавы. Интересно, секретарша так и не приходила на работу? Всё ли в порядке с ней и её сумасшедшей матерью? Я покрутила в руках сотовый, размышляя, рванёт ли русалка после всего, что произошло, в парк на еженощные развлечения. Но пальцы мои уже скользили по кнопкам, и я прижала трубку к уху. Пикнули электронные часы, и я хмыкнула: ровно полночь.
— Слушаю, — раздался в сотовом немолодой мужской голос.
Я вздрогнула, а по спине прокатилась ледяная волна страха: неужели теперь похитили Забаву?
— Кто вы? — деревянным голосом спросила я. — Что вам нужно?
Руки мои затряслись. Как же быть? Теперь не удастся вытащить русалку из логова: Вукула уже не поможет. Как же противному жрецу хочется отобрать у меня лицензию!
— Олдрик, — спокойно сообщил собеседник. — Мне нужен отчёт за день.
Я замерла, — так это не похититель! — и рассмеялась от облегчения:
— Чего?!
— По контракту ровно в полночь вы обязаны предоставлять отчёт о действиях Генриха. Только факты, пожалуйста. И, по возможности, кратко.
Я растерянно опустила руку, взгляд мой скользнул по яркому в темноте монитору смартфона. Вопреки ожидаемой фотки Забавы, я увидела пустые очертания головы и имя хранителя. Как же получилось, что набирая номер русалки, я позвонила Олдрику? Я вновь прижала трубку к уху.
— Кратко факты? — раздражённо переспросила я. Как же утомили меня эти инститоры, — скоро сама взмолюсь о сожжении! — и вызывающе добавила: — А что, если я не буду этого делать? Или захочу вас обмануть?
— Посмотри на контракт, — ровно произнёс Олдрик.
Его спокойный голос действовал мне на нервы: ну что ещё? Я шагнула к своему кабинету, ладонь моя коснулась прохладной ручки двери, и я застыла на пороге. Мой стол светился!
— Это ещё что за иллюминация? — пробормотала я.
Осторожно приблизилась и вздохнула с облегчением: светился не стол, а лишь лист на нём. Тот самый контакт, на котором я в раздражении поставила подпись.
— Попробуй сказать неправду, — предложил Олдрик.
— Я вас ненавижу, — брякнула я.
— Я сказал — неправду, — холодно произнёс хранитель.
— Я вас обожаю, — прошипела я.
Исходящее от листа сияние заколыхалось багровыми всполохами, и на стенах заплясали кровавые блики. Я содрогнулась, а Олдрик невозмутимо проговорил:
— Если ты захочешь меня обмануть, я сразу узнаю об этом.
Я обречённо вздохнула и рассказала о деле русалки и логове волколаков. Кратко и по существу, как хранитель и просил. В ответ тот не сказал ни слова: сияние померкло, и я услышала короткие гудки. Покрутила в руке сотовый, размышляя, как же я умудрилась позвонить Олдрику? Может, я случайно ответила на его звонок? Нет, вот исходящий на его номер. Я помотала головой и позвонила Забаве. В этот раз на экране появилось её милое личико, но в трубке раздавались лишь длинные гудки. Я положила смартфон на стол, а сама устало опустилась на сидение. Какой это был жуткий и длинный день!
Пальцы мои легли на холодный ноутбук, и я постучала ноготками по его крышке, а в голове моей роились мысли. Генрих покинул Крамор, чтобы заставить меня получить то воспоминание. Но как он узнал, что у меня проблемы с деньгами и лицензией? О последнем я и сама узнала совсем недавно. Зубы мои скрипнули. Знать, что право открыто применять свои способности мне милостиво подарили, было жутко неприятно.
