— Вместо, — иронично хмыкнул Лежик.
— Я сейчас вас рядышком уложу, — прорычала я, — если не угомонитесь! Говорю же, что случайно. Генрих затащил меня в жуткое кафе, где по кодовому слову надевают фату, а в зубы суют розу…
— Согласна? — воскликнула Забава.
— С чем? — моргнула я.
Русалка хихикнула:
— Кафе так называется. Зря ты так, между прочим, очень романтичное местечко… Я каждый вечер пью там кофе и смотрю, как развлекаются парочки. А ещё там очень симпатичный официант…
— Наверное, сегодня была не его смена, — проворчала я. — Блин, Забава, хорош болтать, помоги!
Но русалка пошагала рядом, с любопытством заглядывая мне в лицо:
— Так это Генрих тебя пригласил? А почему ты тогда обручилась не с ним?
— Да и с ним тоже! — Я с силой дунула вверх, пытаясь избавиться от потной чёлки. — А потом его арестовали, и я осталась с Джертом…
— Арестовали? — удивилась Забава. — Лихо что ли постарался?
— Хранитель и другие инститоры. — Я посмотрела на русалку так, что она отпрянула: — Его обвиняют в том, что он вырезал всех волколаков в том логове, где мы забрали твою мать.
— Ма-ра, — прорычал Вукула.
Я ощутила, как напряглось его тело, и услышала рваное дыхание. Но волколак продолжал висеть на нас с Лежкой, едва передвигая ноги. Я привалилась к косяку входной двери в офис.
— Лежик, — выдохнула я. — Давай передохнём немного…
Брат послушно отпустил волколака, и Вукула вновь упал на четвереньки. Я выпрямилась, вытерла пот со лба да откинула надоевшую чёлку. Забава посмотрела в сторону кабинета инститора, и на её бледном лице заплясали красные пятна.
— Так это всё из-за меня? — несчастным голосом уточнила она. — Мы оставили его там, а сами уехали… А Генриху пришлось отбиваться!
— Пришлось, — ухмыльнулась я, вспомнив, как выглядел инститор по возвращении в офис. — Но только кулаками, а не мечом. Он никого не убивал… Во всяком случае этой ночью!
— Почему ты так уверена? — тихо спросил Лежик.
— Потому что я спала с ним, — ответила я.
Глаза брата расширились, а Забава схватилась за сердце.
— Что?! — одновременно воскликнули они.
Я застонала и прижала ладонь к глазам.
— В смысле рядом лежала! — быстро добавила я. — Не нужно так смотреть, ничего не было! Инститора так отделали, что он и шевелился-то с трудом…
— Ему шевелиться было совершенно не обязательно, — с видом знатока заметил Лежик, а Забава нахмурилась.
— Волколаков зарубили мечом инститора, — поспешила я сменить тему. — Во всяком случае, так сказал Ханк. Этот меч я забрала у стражей ночью, а Генрих вернулся в офис гораздо позже. Утром же меча не было…
— А что сказал сам Генрих? — перебил меня Лежка.
— Чтобы я не верила никому, — мрачно ответила я. И встрепенулась: — Кстати, да!
Я бросилась в свой кабинет и застыла на пороге. Взгляд мой растерянно заскользил по разбросанным на полу бумагам, по выдвинутым ящикам стола. Даже коробка стояла раскрытой. Но кулоны были на месте, и я вздохнула с облегчением. Закрыла крышку и подняла подарок Генриха. Он просил заполнить сосуды побыстрее.
Я шагнула к выходу, но тут взгляд мой упал на раскрытый ящик стола. Контракт с Олдриком так и лежал там. Ах, да! Его же не могут прочесть посторонние. Я поставила коробку на стол, кулоны загремели, а сама потянулась к листку. Наверное, нужно забрать и его тоже. Когда пальцы мои коснулись бумаги, та вдруг почернела и рассыпалась в пыль. Я отдёрнула руку, а сердце замерло на миг. Что это было?
Спина моя похолодела. Значит ли это, что контракт исчерпан? А что, если Олдрик не просто следил за Генрихом, а искал способ подставить инститора? И мой вчерашний доклад дал ему все карты в руки? Тогда некто смог выкрасть из офиса меч да, пока мы спали, порубить им волколаков. Тогда Генриха наверняка арестовали, и виновата в этом именно я.
Кулаки мои сжались, а плечи напряглись. Ну уж нет! Я никому не позволю делать из себя крайнюю! Взгляд мой упал на распахнутый шкаф, рядом с которым неопрятной кучей валялась моя одежда. Я ухмыльнулась и шагнула к жуткому платью, которое засунула в самый дальний угол. Когда пальцы мои сжали алую ткань одежды хранителя, в голове уже зародился план.
Я водрузила платье на коробку, подхватила ношу и вернулась к друзьям, застав их за жарким спором.
— Он же весь седой! — прошипела Забава.
— Может, у него период линьки, — пожал плечами Лежик. — Что ты знаешь о волколаках?
— Нет у них линьки, — воскликнула русалка. — Посмотри, как он себя странно ведёт! Он увидел разорённое логово и сошёл с ума!
— Если у тебя мать сумасшедшая, так ты считаешь, что имеешь право лепить диагноз всем окружающим? — холодно уточнил Лежик. — Пока не выслушаю мнение Багиры, буду считать, что у него линька!
— Что за Багира? — ревниво спросила Забава.
— Новая должность в доме брата. Генералиссимус всех его жён и детей, — усмехнулась я. — Хватайте Вукулу и поехали к наиглавнейшей!
— А как же твой жених? — удивилась русалка. — Уже бросаешь парня?
— Ага, — с удовольствием проговорила я. И мрачно добавила: — Не доверяю я ему…
— Потому что Генрих просил никому не доверять? — Лежик скептично покачал головой. — А самому Генриху разве можно верить?
