Кирилл Карлович про себя усмехнулся, наблюдая, как Полеский Младший стал вертеть головой, дважды услышав свое имя. И тут князя Карачева удивила панна Ласоцкая, прибавившая в ответ на просьбу о свидании:
– Тогда подождите, пока я выйду замуж и овдовею.
– Что ж, ладно, больше вопросов нет, – с благодушной улыбкой сказал мистер Хемсворт. – Более не смею задерживать ни мисс, ни мистера Полеского Младшего.
Кирилл Карлович с облегчением выдохнул и передал слова сыщика. Панна Ласоцкая поднялась из-за стола. Она улыбнулась на прощание и сказала что-то Мареку. Тот одарил блюстителей порядка подобием улыбки. Вдруг мистер Хемсворт сказал:
– Да! Только еще один вопрос! А почему мисс Амалия была так взволнована, когда мы говорили о пораненной руке молодого мистера?
– А-а-а, – протянул Кирилл Карлович.
Он перевел растерянный взгляд на Амалию. Мистер Хемсворт ждал.
– В чем дело? – спросила панна Ласоцкая.
– Ничего, все в порядке, – сказал князь Карачев.
Панна Ласоцкая окинула его недоверчивым взглядом и покинула гостиную. Марек Полеский вышел следом.
– Мистер Хемсворт, это вопрос сугубо партикулярного характера…
– Соглашусь с вами, если мистер Зиборский сей же час спустится вниз и скажет: а неплохо я всех разыграл.
– Да, хорошая получилась бы шутка, – согласился Кирилл Карлович. – Но тут дело в том, что некоторую шутку позволил себе я.
– Что вы имеете в виду? – спросил мистер Хемсворт.
Раздался стук в дверь. Миссис Уотерстоун вышла из гостиной и отворила дверь. В дом вошел некий субъект в кожаном фартуке. Мистер Миллер поднялся из-за стола и двинулся навстречу странному гостю.
– Это гробовщик, – пояснил констебль. – Он заберет тело.
Оставшись наедине с сыщиком, князь Карачев вымолвил:
– Сэр, я рассчитываю, что вы поймете меня как истинный джентльмен. Разговор с мисс Ласоцкой был не о руке. Я воспользовался тем, что никто не понимает французского, и попросил мисс о свидании.
– Вот как! – воскликнул сыщик. – Да вы малый не промах! Что ответила мисс?
– Она ответила как настоящая леди, – сказал князь.
– Что ж, хорошо, – мистер Хемсворт поднялся из-за стола.
Он остановился в дверях. Гробовщик и еще один дюжий молодчик выносили завернутое в рогожу тело. Домохозяйка всхлипнула.
Блюстители порядка покинули дом. Князь Карачев и миссис Уотерстоун вышли на крыльцо. Гробовщики укладывали тело на повозку.
Собралась толпа зевак. Некоторые приставали с расспросами к гробовщикам. Другие пытались что-либо выведать у констебля. Чуть в стороне стоял Петюня. Он вытянулся как сторожевой пес и не спускал глаз с князя Карачева. Один невзрачный субъект с наглой физиономией крикнул:
– Эй, Нэнси, это ты его ухайдокала?
– Мерзавец, – чуть слышно вымолвила миссис Уотерстоун.
Кобыла равнодушно задрала хвост и начала справлять нужду. Воздух наполнился запахом свежего навоза.
– Вот что, мистер Миллер, – сказал сыщик, – я направлюсь в контору. А вы поговорите с постояльцами второго дома Уотерстоунов.
Домохозяйка вновь всхлипнула.
– Не волнуйтесь, миссис Уотерстоун, мы непременно выясним, кто это сделал, – обнадежил мистер Хемсворт даму. – Все они что-то скрывают и врут, а значит, скоро запутаются и выдадут себя сами.
Слова сыщика заинтриговали Кирилла Карловича. Князю хотелось узнать, что такое мистер Хемсворт обнаружил в рассказах поляков. Юноша с надеждой взглянул в глаза сыщика. Тот, глядя снизу вверх на стоявшего на крыльце князя, заявил:
– А вы, сэр, покрываете обман вместо того, чтобы помогать нам, как обещали.
– Прошу прощения, мистер Хемсворт, отчего вы сделали такой вывод? Право же, совершенно несправедливый, – вспыхнул Кирилл Карлович.
– Когда я спрашивал о руке мистера Полеского Младшего, вы переводили с английского на русский и не могли ничего добавить по-французски для мисс. Так что вы изобрели неудачное объяснение, почему мисс так взволновал вопрос о руке…
– Не хотите же вы сказать, что Марек – убийца! – воскликнул князь Карачев.
– Ну, если только он оказался столь неуклюжим, что повредил руку, убивая спящего человека, – сказал мистер Хемсворт.
– Нет-нет, это решительно невозможно! Вчера вечером я видел мистера Полеского Младшего. Его рука уже была повреждена, а мистер Зиборский был жив.
Князь Карачев поймал себя на мысли, что чересчур горячо защищает юного поляка, да еще и обсуждает с сыщиком тот вопрос, о котором Амели просила не говорить.
– Интересно-интересно, – промолвил мистер Хемсворт и, обратившись к констеблю, сказал: – Выходит, мистер Полеский Младший мог заранее изображать травму, чтобы отвести от себя подозрения.
«Вот мордофиля!» – воскликнул про себя князь Карачев. Он был поражен тем, что любое подтверждение невиновности Марека в глазах мистера Хемсворта усиливало подозрения.
Неожиданно вмешалась миссис Уотерстоун.
– Нет-нет! Что вы говорите? Марек Полеский никак не мог быть убийцей! Убийца прятался в моей комнате.
Гробовщики взобрались на козлы. Скорбная повозка двинулась прочь. Сыщик коснулся пальцами шляпы, кивнул миссис Уотерстоун и сказал:
– Разберемся, не волнуйтесь, – затем он приказал констеблю: – Ступайте. Опросите постояльцев второго дома.