— Где Дэнни?
Матильда отстранилась с серьезным лицом, и по спине Агнес побежали мурашки. Макс и Джезмин насторожились.
— Это был зараженный? Они здесь? — мрачно прогремел голос Макса.
— Нет, ничего подобного, простой грипп. Дэнни проверяет температуру. Скоро подойдёт.
Агнес взволнованно заерзала. Дэнни был Чужаком, которого она знала лучше всех, и сила ее страха потрясла ее. Она не могла представить себе мир Извне без него. Если бы он исчез…
— Агнес?
Она резко обернулась, словно ожидая увидеть призрака, но это был Дэнни: немного осунувшийся и похудевший, но все тот же. Со звездным мостиком веснушек на носу.
И он улыбался.
Для ее лишенных сна глаз он выглядел полной противоположностью бункеру. Противоположностью тьме. Ей пришлось сжать кулаки, чтобы не броситься в его объятия… нелепое и до смешного неприличное желание.
Поскольку они виделись только в стране ее пленения, их встреча в третьей муниципальной библиотеке была словно наэлектризована. Она представила себе яркий звук ломающегося железа.
— Я знал, что ты справишься. — Он просиял, глядя на нее. — Я знал, что ты придешь.
А затем он рухнул в кресло, кашляя так, словно вот-вот умрет.
Враг преследует душу мою, втоптал в землю жизнь мою,
принудил меня жить во тьме, как давно умерших.
Магда Джеймсон менялась.
Бет оказалась запертой в маленьком чулане почти на сутки без еды и питья. С момента, как она вправила плечо, жажда стала постоянным голосом в ее голове, угрожая свести с ума.
В полнейшей темноте она видела только мрак, но точно знала, где находилась Магда — девушка излучала жар, словно печка. Всю ночь она дрожала и корчилась от лихорадки, пока, наконец, полностью не перестала шевелиться. Она настолько притихла, что с виноватым облегчением Бет решила, что та наконец-то умерла.
Но Магда не умерла. Бет вздрогнула от глухого зарапающего звука, похожего на скрежет зубов. Широко раскрыв глаза, она смотрела, как тени в углу сжались в хищную линию.
Магда — или существо, которое было Магдой — больше не была обращена внутрь своей агонии.
Бет замерла, думая о собаке в церкви… как ее когти стучали по полу, как она со змеиной скоростью неслась на миссис Кинг. Пророк застрелил собаку, но если никто не остановит Магду, что тогда будет? Неужели она просто передаст свою болезнь и оставит все, как есть? Или она будет продолжать кусаться и кусаться? Проглотит ли она то, что откусила?
За дверью их тюрьмы Пророк перестал проповедовать, и уже это было, по крайней мере, удачей. Было бы слишком легко поверить в его успокаивающие слова — «демоны не могут причинить вреда праведникам» — и снова погрузиться в сон Ред-Крика. Несколько часов назад она с хрустом вставила плечо обратно в сустав и чуть не упала в обморок, когда её ослепила дикая боль. Все это было бы напрасно, если бы она не продолжила бороться сейчас.
Затем Магда издала звук — нечеловеческое рычание, — и Бет прижалась к двери.
Скрежет по деревянному полу подвала. Существо-Магда неуверенно подошло ближе, потом еще ближе. Бет увидела смутные очертания головы, наклонившейся — ужас из ужасов! — чтобы понюхать пальцы ног Бет. Бет пошевелила ногами под свадебной юбкой.
Магда вскинула голову. Ее глаза казались двумя тлеющими угольками в темноте.
Дыхание Бет было прерывистым.
Сэм как-то спросил, можно ли умереть от кошмара — упасть в обморок от одного только страха. Она сказала ему «нет», но теперь сомневалась.
— Магда. Не подходи ближе. Я тебя предупреждаю.
Жалкая угроза. Но, должно быть, в этой скорлупе осталась какая-то искорка девушки, потому что Магда снова опустилась на пятки.
— Послушай, мне очень жаль Кори. Но нечестно было заставлять твоих друзей называть меня шлюхой. Это было очень больно. Это заставляло меня чувствовать себя гнилой изнутри, хотя я никогда ничего не делала. Совсем ничего.
Некоторые слова были шепотом, некоторые — криками, и по крайней мере два были откровенной ложью, потому что она многое делала с Кори Джеймсоном.
Но это не имело значения. Магда внимательно слушала.
