Она слегка подтолкнула свою силу. Волки завизжали, опускаясь на задние лапы. Ей стало их жалко. Эти существа когда-то были сделаны из меха, хрящей и костей, но Петра заменила все это блеском цвета рубинов.
Матильда резко взвела курок винтовки.
— Не надо! — крикнула Агнес. — Ты не должна причинять им боль.
— Агнес! — крикнул Дэнни с высоты пещеры. — Это безумие! Вернись сюда.
— Смотри, Дэнни. Просто смотри.
Она сделала шаг вперед, и дрожащие животные отступили назад. Они двигались одновременно и все вместе. Агнес сделала ещё шаг и ещё, и вскоре волки заскулили, их хрустальная шкура ощетинилась. А потом они убежали.
Агнес вспотела от жара. Ее правая рука пульсировала, костяшки пальцев были сломаны. Алая лента свободно свисала с распущенной косы.
Внезапно она поняла, почему красные существа боятся ее.
— Да! — воскликнул Зик. — Я же говорил тебе, что она в безопасности! Демоны не могут причинить вреда праведникам!
Она улыбнулась, потому что впервые почувствовала себя праведной. И не просто праведной… могущественной.
Матильда попыталась схватить его.
— Зик, не надо!
Но он уже мчался вниз по склону.
Он побежал к Агнес и волкам, сжимая инсулиновый холодильник подмышкой; его вера в сестру сияла, как маяк.
Мысли Агнес были ясны, а счастье — полным. Волки отступили, и пространство молитвы осталось с ней. Еще мгновение — и она окажется в объятиях брата. Агнес радостно рассмеялась.
Иезекииль уже почти добрался до нее, когда споткнулся о скользкий от грязи камень.
Он растянулся на земле. Холодильник вылетел из его рук, перевернувшись в воздухе.
Он ударился о землю под самым неудачным углом и отскочил в воздух. Он падал со скалы на землю, и Агнес ничего не могла сделать, чтобы остановить его.
В ужасе она зажала рот руками, забыв о боли в раздавленных суставах. Пластиковая защелка открылась. Еще более ужасным был безошибочно узнаваемый звук этих хрустальных пузырьков, разбивающихся на множество осколков стекла.
Краем глаза она заметила бегущего к ней Дэнни. Бегущего быстро.
Она прошла испытание. Пространство молитвы не покинуло ее.
Но лекарство Иезекииля…
Его больше не было.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
— 42-
Руки Бет перестали светиться, и к лицу Кори стали возвращаться краски. Его глаза распахнулись, и слезы потекли по ее щекам.
— Чудо, — выдохнул Кори. — Моя нога. Она…
— Знаю, Кори Джеймсон, знаю.
Он провел руками по бедру, его лицо светилось удивлением. Его рана больше не сочилась гноем и не пахла смертью. Каким-то чудом его кожа снова срослась, не оставив даже шрама. Он сел, согнул ногу, разогнул обратно… а потом начал неудержимо хохотать, громко и от всей души.
— Ты можешь в это поверить? — его смех был заразителен, и Бет смеялась вместе с ним.
— Нет. — Он вытер слезы с глаз. — Я действительно думал, что коньки отброшу.
— Смотри. — Она ткнула его в бедро. — Как будто ничего и не было.
Он подпрыгнул и встал на цыпочки. Затем снова опустился на пыльный пол подвала и раскрыл объятия.
Бет поцеловала его, потрясенная его жизнью, его силой, и на какое-то теплое мгновение их беды растаяли. Они лежали на пыльном полу, целуясь и любя друг друга, пока их губы не распухли и не натерлись.
— О, Бет, — прошептал он ей в волосы. — Как это возможно?
— Агнес благословила меня, — прошептала она. — Она сказала: да благословит тебя Господь в трудную минуту. У меня мурашки побежали по коже, от этих слов шла…
— Мощь. — Кори выглядел потрясенным.
Она со свистом выдохнула. Его отец и мистер Херн покинули церковь совсем недавно, но Кори ничего об этом не знал. Он не слышал, как Мэттью признался, что их народ заболел. Он не знал, что все, кого они когда-либо любили, уже потеряны. Каждый мускул в теле Бет восставал против необходимости говорить ему правду, но он имел право знать.
— Кори. — Она обхватила его лицо руками. — Послушай меня.
Его лицо было до боли невинным.
— Что?
— Они умирают, — сказала она. — Вся наша семья.
Она рассказала ему все, что знала. Рассказала ему, как его отец проявил себя трусом, сбежав из бункера, из Ред-Крика. И она сказала ему, хотя это было похоже на жевание битого стекла, что его братья и матери мертвы или умирают.
Коди нерешительно кашлянул.
— Ты ведь знаешь, что нам теперь делать?
— Уходить, — решительно сказала она. — Нам нужно убираться к чертовой матери из Ред-Крика.
Он посмотрел на нее, потрясенный и оскорбленный.
— Нет, Бет. Мы не можем уйти.
— Почему нет?
Он все еще смотрел на нее так, словно она пнула щенка.
— Потому что твоя сестра-пророк, вот почему. Чрезвычайно могущественный. Бет, она может спасти их. Всех до единого.
