Она закрыла глаза, чувствуя, как пульсирует кровь за веками. Чудовищное усилие — не представить себе, как близнецы покраснеют, а Сэм станет таким же злобным, как Магда.
— Кори. — Бет чувствовала себя разбитой. — Агнес здесь нет.
— Значит, мы ее вернем.
— Ты не представляешь, каково это — смотреть, как ты умираешь. Я не могу провести здесь еще одну ночь. — Она искала способ заставить его понять. — Это плохое место. Проклятое место. Разве ты не видишь этого? Ничто из того, что мы делаем здесь, не может принести никакой пользы. Я просто хочу уйти. Начать сначала.
— Ты что-то сказала, когда я умирал, — сурово произнес Кори. — Что-то насчет любви ко мне. Было ли это правдой?
Час назад она видела смерть в его голубых глазах, — она знала, что видела, — но вся его мальчишеская жизнь была искуплена. За это она должна была благодарить свою сестру, свою сестру и Бога своей сестры.
— Да, — призналась она. — Я действительно люблю тебя.
— Тогда докажи это. Помоги мне вернуть Агнес домой. Господи, Бет, помоги мне спасти твоего брата и близнецов. Они не заслуживают смерти в темноте.
Она застонала, зная, что он уже победил. Хуже того, надежда росла в ее теле с пугающей скоростью. Что, если у Бога все еще есть какой-то план для нее? Что, если ей удастся спасти свою семью? Может быть, стоит остаться?
— Почему ты так уверен, что Агнес может кого-то спасти? — спросила Бет. — Почему ты так уверен, что даже она может принести пользу?
— Она спасла меня, не так ли? — сказал Кори. — Она спасла меня благодаря тебе.
Бет задумчиво пожевала ноготь большого пальца. Агнес ни за что не покинула бы Ред-Крик, не оставив на всякий случай какой-нибудь возможности добраться до нее. Номер, почтовый адрес, ключ к разгадке.
Но это означало вернуться в свой трейлер, а Бет скорее прыгнет с края каньона, чем столкнется с воспоминаниями, которые гноились там.
Кори взял ее за руку.
— Мои братья, моя мать…
Его кожа — такая теплая, такая бесспорно здоровая. Чудо.
— Ладно, — отрезала она. — Давай попробуем. Но мне это не нравится, Кори Джеймсон. Ты останешься мне должен.
— Конечно. — Он одарил ее одной из своих улыбок, от которых подгибаются коленки. — Разве ты не знаешь, милая Бет? Я обязан тебе своей жизнью.
— 43-
Чужаки не смогли выбраться из ущелья достаточно быстро. На крутом, узком подъеме к дороге Джаз дважды споткнулась, порезав ладонь о камень. Кровь стекала по ее предплечью, завиваясь на запястьях, как браслеты, но она не переставала двигаться, не переставала карабкаться. Матильда неуклюже бежала с винтовкой, но она оказалась проворнее, чем выглядела; Макс нес Зика на руках, как невесту. Один раз Агнес остановилась, чтобы посмотреть на осколки стекла, сверкающие на дне долины, но Дэнни не дал ей остановиться, поддерживая под локоть. В глазах Чужаков Агнес увидела чистый животный ужас.
Увидев красных волков, они все увидели лихорадку, окаменение и неминуемую смерть.
Все, кроме Иезекииля, который слишком доверял сестре.
На обочине дороги Матильда перевязала раненую руку Агнес толстой марлей, обездвижив ее.
— Грязная рана, — продолжала бормотать она. — Это, моя дорогая, очень грязная рана.
Рука Агнес выглядела чужой, распухшей до размеров баклажана и такой же пурпурной. Она была переломана в третьем пястно-фаланговом суставе… точно такая же рана была у нее в детстве. Сквозь тонкую вуаль шока она не чувствовала боли.
Она продолжала думать: неужели Иезекииль действительно потерял его? Весь инсулин? Неужели он действительно исчез?
Агнес оттолкнула Матильду, пытаясь встать, но земля и небо поменялись местами. Она потеряла равновесие и тяжело упала.
Боль взорвалась, как фейерверк, от сустава к запястью и локтю. Девушка прижала руку к груди. Над ней Матильда то появлялась, то исчезала из поля зрения.
В сердце Агнес снова заговорил Бог. Его слова, ясные и чистые, прозвучали у нее в ушах, как раскаты грома.
Затем — хлоп — свет погас.
Агнес проснулась в голубой нейлоновой палатке. Она была совершенно новая, и в воздухе пахло пластиком.
Матильда, нахмурившись, склонилась над ней. Пространство молитвы прожгло ее изнутри, как лесной пожар.
Агнес попыталась сесть, но Матильда прижала ее к себе.
— Тебе нужно отдохнуть.
— Л-лекарство Зика, — пробормотала она. — Мы должны… мы должны…
— Зик с Максом. Я только что проверила его, с ним все в порядке. Я больше беспокоюсь за тебя.
Матильда помогла ей проглотить несколько таблеток ибупрофена.
— Похоже на еврейское имя, — прохрипела Агнес.
