С утра народ взбадривался легкой пробежкой до дальнего леска и обратно. По дороге назад волокли заранее заготовленные бревна, которые потом дневной наряд пилил, колол и относил на кухню. После легкого завтрака следовала общая разминка и двухчасовые занятия по тактике. Темы читал или лично барон, или кто-то из его старших помощников, успевших дослужиться до банеретов — титулованных и особо отмеченных рыцарей. Управление «копьем» и орданской ротой, различные виды фортификационных укреплений и способы их преодоления. Что из накопленных военных знаний применительно для борьбы с той или иной тварью с западных границ, восточных или южных. Медицинская служба и кого драть из провинившихся, если во вверенных войсках появились санитарные потери. И еще, еще, еще.
Конечно, Агнесса могла бы выгнуть удивленно бровь и спросить, а ей это все зачем? Но когда Констант принял оплату, то сразу предупредил:
— Насильно никто держать не будет. Не нравится — жопу в кучу собрала и домой с попутным ветром. Но если останешься, я постараюсь в тебя втрамбовать тот минимум, без которого в ближайшие каменоломни лучше не соваться. Потому что создавая Ад, Господь проявил изрядное чувство юмора. И если в Лотарингии у вас задний двор Преисподней, то у нас в катакомбах полно гостей из Чистилища.
Примиряло с необычной программой гостью то, что после тактических занятий наступала практика. И вот там приходилось выкладываться на все сто. Констант считал, что хороший командир обязан знать и уметь все, что будет позже вдалбливать в головы солдат. И если ты не умеешь держать строй, слаженно колоть, рубить и давить нечисть в команде, то и людей позже научить и проконтролировать не сможешь. Поэтому пасть захлопнул, пот смахнул и вперед:
— Держим строй! Еще раз!.. На пары разбились! Атака сбоку!
— Тебе кто нос разбил?
— Дикая приложила. Я в душевой предложил спинку потереть, так она мной двери в коридор открыла.
— И как?
— Ну, башка вроде целая, хотя гудела весь вечер потом. И хорошо еще, что я обратно ввалиться успел. А то бы попался барону во время обхода и с утра бы дневальным шуршал…
— Надо ей темную устроить. Возомнила о себе не пойми что.
— Не, я в это не полезу. Баба она дурная и резкая, не спорю. Но не маркитантка. И живого места на шкуре почти нет, вся в отметинах… Так что — я бы не стал ее трогать.
Похожий на сгорбленного тролля мужик с огромными надбровными дугами фыркнул:
— Дело твое! А я до конца месяца вряд ли дотерплю. Придумали же — без нормальных выходных! Только легкая пьянка по субботам!.. Но звать не стану. Тут главное — подол ей на голову задрать, чтобы потом не жаловалась. Дальше уже сладится.
Почесав опухший нос его приятель криво усмехнулся:
— Жаловаться она точно не станет. Но ты, главное, потом не обижайся. И не бойся сам на помощь звать, если совсем все плохо будет…
Утром барон прогуливался перед строем «старперов» и с интересом разглядывал четверых громил на правом фланге. Один еле стоял, периодически проверяя наличие гениталий на месте. Еще трое дышали через раз, прижимая руки к отбитым бокам. Агнесса же в конце строя — наоборот, выглядела до неприличия довольной жизнью.
— Бракоделы! Как я понимаю, часть из вас сегодня до леса добежать не сможет. Поэтому — отправляетесь к коновалу. Он у нас специалист при помощи разнообразных зелий приводить заболевших в чувство… Но, так как жрать хотят все, то кому-то придется принести не одно бревно, а пять. И кто это у нас будет…
Будущие офицеры замерли, краем глаза заметив шагнувшую вперед худую фигуру:
— Разрешите мне, господин барон!
— Считаешь, что мало тебя нагружают?
— Считаю, что пока кто-то прохлаждается в лазарете, самое время его подменить.
Спорить Констант не стал. Дал отмашку и потом краем глаза наблюдал, как Агнесса таскает тяжеленные деревяшки.
На третьем она уже хрипела, но изображала бег. На четвертом волокла бревно через силу. Но за пятым развернуться не успела, потому что ей перегородили дорогу остальные курсанты, ожидавшие завтрак:
— Ты дурная? Что доказать хочешь, подыхая?
— У тебя со слухом как? Слышишь, как мослатый орет? Это ему и другим кости вправляют и элексирами в чувство приводят. С барона станется — за нарушение распорядка дня прикажет мне клизму влить. Поэтому я лучше мулом поработаю.
— И при чем здесь ты?
— Ну, я же повеселилась вечером. Значит, надо будет как-то оплатить за доставленное удовольствие.
Самый старший из бойцов вздохнул и ткнул пальцем в соседа:
— Пошли, поможем последнее бревно дотащить. Жрать хочется, а она точно на полдороге свалится.
Вечером к Агнессе подошли любитель «клубнички» и трое друзей, кто вздумал за него заступаться. Мрачно нахмурив густые брови, «тролль» пробурчал:
— Я, это… Я ничего не хотел… Просто — ходишь, титьками голыми в помывочной трясешь… Хотя там этих титек — даже не подержаться… Ну, это…
Шагнув поближе, Чумная Повитуха недобро усмехнулась: