Внутри было не особо интересно. Порыжевший от влаги сейф, из которого Агнесса выскребла небольшую кучку золота. Пропахшие тиной тюки с одеждой. Часть из них, кстати, выворотень переволок в самый дальний угол и обустроил себе там царское ложе — безразмерное и мягкое. Еще в одном из тупиков стояли ящики с винными бутылками. Почти все — местных сортов, хотя после внимательного изучения удалось найти несколько испанских гербов на сургучных пробках.
— Это я хорошо зашла, удачно. Порадую Пашшу.
Через час три ящика уже заняли свое место в багажнике подогнанной машины, и Повитуха встала с ружьем напротив пленника. Посмотрела на печального гиганта. Оценила окровавленные порезы от паутины. Похоже, тварь достаточно быстро сообразила, что попалась. Поэтому не стала дергаться. Вот только освободиться не могла. Так и сидела уже вторые сутки.
Посмотрев на штуцер с тяжелой пулей в стволе, затем на деактивирующий амулет, Агнесса задумалась. Человеческих костей в подвале она не видела. Только рыбьи хвосты. И кусочки цветного стекла, явно наколупанного в ближайшей развалившейся церкви из витражей. А еще женщину смутили выпученные глаза. В них была такая безмерная тоска…
— Эй, рожа. Слушай меня… Значит, я тебя отпущу. И трогать не буду. Слышишь? Сиди в своем подвале, не обижу. Разве что еще разок-другой за вином заеду. Но тряпки твои и рыба мне не интересны. Сразу бы показал, что там в углу лежит и не пришлось бы в сетях под солнцем жариться… Понял? Договорились?
После того, как на амулете провернулись бронзовые шестеренки, сверкавшая на солнце паутина начала таять серым дымком. Через пять минут от острых нитей ничего не осталось.
— Вот, банку тебе оставлю. Чего морщишься? Ну, воняет. Зато мазь хорошая. Так пальцем зачерпнешь, так помажешь. И пройдет все быстро… Ладно, разберешься. Я поехала.
В подвал Агнесса заглянула ради интереса через неделю. Что поделать — поставили ее на этот маршрут для регулярной зачистки от набежавшей из соседних районов дряни. Скорее всего, купцы без меры расслабились и стали нарушать многие неписанные правила. Вот и привлекли к накатанной дороге разную зубастую мелочь. Интересные твари почти не попадались, платили тоже не так много. Но руководству кто-то наплел о слишком удачливых набегах на заброшенные богатые особняки и слишком разгульную жизнь одной милой дамы, поэтому пришлось отрабатывать и не бухтеть.
Чумная Повитуха без задней мысли припарковала нагретый на солнце панцеркрафтваген на мостках, прямо в тенечке между бревен, подпиравших огромный пирс сверху. После чего промаршировала в знакомый подвал и через пять минут уже сидела, прислонившись к твердому дереву, откупорив бутылку с вином.
Дремавший в темноте выворотень выбрался следом. Постоял, принюхиваясь и оценивая возможную опасность. Понял, что гостья одна и без глупых людей с острым железом, исчез в пустом проеме. Через минуту вернулся и сел рядом, протянув Агнессе банку с мазью.
— Чего? А, поняла. На спине до царапин дотянуться не можешь, болят. Ну ты и наглый, братец… Ладно. Давай тряпку, помажу я тебя… Ты только нагнись чуть-чуть, не достаю до загривка.
За лечение монстр приволок половину обглоданного сома. Ощутив «чудесный» аромат, Повитуха отказалась:
— Не, это ты сам жри. Я такое не буду… Кстати, вы же вроде в спячку впадаете. Может, тебе помочь рыбы наловить побольше? Вон, остатки коптильни рядом. Пару-тройку хвостов на огне покрутим, да еще чего в бочки с рассолом замочим. Хватит тебе перезимовать… Я сама этих усатых вряд ли буду, тиной отдают. Но помочь с припасами могу. Как раз в запасах старый динамит был. Улле жаловался, что боится с места на место переставлять, того и гляди рванет.
Сомов глушили аккуратно. Днем, маленькими порциями. Удивленные всплывшие туши выворотень багром подтаскивал к причалу для рыбных лодок и там уже складировал. Не забыв тяжелой дубиной проломить башку, чтобы не ускакали куда ненароком. Себе Агнесса набрала угрей и другой мелочи. Заодно и коптильню раскочегарили. Когда у тебя есть достаточно умная четырехметровая образина, то главное успевай пальцем показывать куда тащить и за какую ручку дергать.
— Господин, тут вам гроб прислали. И письмо.
Рагим-Пашша обошел вокруг лежащего на телеге ящика и озадаченно почесал висок. В самом деле — гроб. Полированный. С рунами от любых погодных и прочих воздействий. Подумав, мужчина взял письмо, прочитал скупые строки и еще больше задумался. Конечно, заглянувшая на огонек милая дама вряд ли страдала желанием отколоть дурацкую шутку. Но про боевиков Братства слухи ходили разные. Поэтому Пашша приказал:
— Сиддик, принеси мои пистолеты. Которые брали на большую дичь. И ружье себе возьми. Надо проверить, что за подарок мы получили.
Очень уж приписка нервировала: «Прошу прощения, другой тары под руками не нашлось. Надеюсь, вам понравится. Мы на пару с выворотнем постарались».
Вот и гадай теперь — что именно понравится?