— Попробовали, насколько знаю. Но там отцы и деды попытались амазонок к очагу цепями приковать. Потому что женщина должна заботиться о доме, а не проламывать черепа тяжелой железякой. Вдруг что в голову стукнет и мужу заодно пропишет. Поэтому тетки высказались, самым наглым рожи набили, да и умотали дальше. Кто-то вроде даже обиделся, объявлял награду за их головы.
— И?
— Сказали, пусть в мелких монетах считают, чтобы получилось побольше.
Значит, правильно Агнесса слухи собирала. Если в Братстве худо-бедно какая-то иерархия и порядок существует, то совсем отмороженные как раз в подобные ватаги собираются. Мужики — те чаще с бородатыми норманнами по волнам прыгают на утлых лодченках, топорами чужие ворота в крепостях крушат и потом с грудой барахла драп от чужих дружин устраивают. Дамы — они куда спокойнее. И основательнее. Пришли, враждебно настроенное чужое государство на куски разломали, войско в ближайшем болоте притопили. После чего неспешно, без лишней суеты, с награбленным имуществом выдвинулись обратно, в обжитые места. То, что эти самые «обжитые» кочуют по карте, не столь важно. Главное — аккуратно, без штурмовщины, не забыв каждый отнорочек проверить.
— Тогда скатаюсь я к ним в гости. В Реймс. Кто там сейчас заправляет, не в курсе?
— Хельга Девятиглавая, насколько знаю.
— Она что, как гидра? — удивилась Чумная Повитуха.
— Не. Это еще в начале похода выступила с подругами против местных царьков. Те девять дружин в кучу собрали, вот каждому из главарей бошку и отрубила.
— Фух, я уж подумала, что оборотень какой…
Перекрестив на дорогу неугомонную, Баша предупредил:
— Насчет всяких штук магических не скажу, но девка она резкая, вся в тебя. Чуть что — в лоб. И зачастую — шестопером, а не кулаком.
— Нормально. Найдем общий язык.
Помахав на прощание, Агнесса вырулила первой и крохотный караван двинул на запад.
Невысокая черноволосая женщина стояла на крепостной стене и разглядывала подкатившие панцеркрафтвагены. Три штуки, серьезно доработанные для дальних рейдов. По внешнему виду — боевые изделия, не для красоты и выпендрежа. И за рулем каждого сидела монахиня: главная в кроваво-красном балахоне. И парочка молодых, в черных сутанах, увешанных оружием с ног до головы.
— Эй, Нарита. Не знаешь, кто это? Вроде не из наших.
Иссиня-черная хабаша встала рядом, успевая делать несколько вещей разом: дожевывать бутерброд, отхлебывать из фляги забористую бормотуху, почесывать украшенный шрамами бок и разглядывать чужаков.
— Сама не знаю, гадаа, рожи рядом не мелькали. Но слышала, что у границы бегает одна, в жопу укушенная. Чумная Повитуха. Очень на нее походит одеждой и железом.
— Точно. Я думаю, кого она мне напоминает… Ладно, пойдем поздороваемся. Узнаем, каким ветром церковников принесло.
Зря Баша опасался. Потому что Агнесса смогла сразу найти общий язык с независимыми и резкими амазонками. Наверное, потому что очень на них внутренне походила еще год назад.
— Мир вам, сестры.
Черная дама, обнаженная по пояс, фыркнула:
— Где ты здесь подруг нашла, церковница?
Повитуха усмехнулась, спародировав чужой акцент:
— Отрасти яйца, буду называть братом… Я что приехала, люди добрые. Хочу Ковену оставшиеся клыки выбить. А для этого мне бодрых умертвий для железных повозок надо с запасом. Чтобы тащили по грязи и бездорожью. Чтобы рычаги в метательных машинах ворочали. Чтобы щиты держали, когда в ответ станут с дерьмом мешать… Не подсобите с охотой по местным кладбищам и прочим интересным местам?
Судя по тому, как амазонки почтительно расступились, именно эта невысокая фигуристая женщина была в местной вольной роте за старшую.
— Говоришь, клыки выбить? Не ради добычи и тайных знаний?
— Не, мне эти знания без надобности. Мне надо, чтобы падаль окончательно сдохла и воздух гнилым дыханием не отравляла.
Подняв вверх сжатый кулак, Хельга дождалась, пока стихнет одобрительный ропот.
— Ковен троих наших захватил, когда они к родне погостить поехали. Превратил в монстров и натравил на нас… Такое даже дикари не делают, так с людьми не поступают… Одно условие будет. С собой на охоту возьмешь. Поквитаться хотим. За это мы тебе поможем духов набрать, сколько пожелаешь. Любых.
Поморщившись, Агнесса посетовала:
— Опять Йорг ругаться станет, что ему заново продукты и палатки для лагеря пересчитывать.
— С этим проблем не будет, — улыбнулась командир амазонок. — Нас меньше полусотни, на всем готовом. Место покажешь, где перед битвой встать. И позволишь одними из первых в атаку идти.
— Насчет атаки проблемы не будет. Мы там все будем в атаке охреневать, — согласилась Повитуха. — Ладно, у меня там чуть вина с собой и копченостей, чтобы посидеть за столом. Куда выгружать?
На утро Агнессе показали на карте план охоты на день.
— Мы особо рядом с Шалоном не чистили. Крупных тварей вышибли, но на месте города и рядом в бывших колониях только имущество прошерстили. Там после первой волны пытались за высокими стенами по деревням отсидеться. И неудачно.
— Много погибло?