С окончанием интервью критики спецвыпусков шоу «Айдол» на некоторое время затихли. Медленно, но верно общественность поверила в слова и слезы Чжан Инхе. Даже среди фанатов, которые относились к ней с сарказмом и неприязнью, называя просто «тетя Чжан», начало бытовать мнение, что если бы Чжан Инхе не было, то не родилось бы шоу, которое подарило миру столько кумиров. Она была печально известна своим «дьявольским редактированием», но ее сторонники начали выкладывать отрывки из разных серий, когда участники шоу были показаны с лучших своих сторон благодаря «ангельскому редактированию». В то время «искренность» Чжан Инхе медленно просачивалась в массы. Превью-видео третьего эпизода было загружено на официальный видеоканал «Айдол: Разоблачение юного нечестивца». Название было следующее: «Превью к 3-й серии. Поиск преступников продолжается. Впервые на экранах – момент смерти Ян Чжуну!»
Местом встречи было решено назначить некое сетевое кафе, расположенное в городе Коян в провинции Кёнгидо. После 16:00 одетые в школьную форму ученики группами проходили мимо стеклянного окна. Неожиданно один из них открыл дверь и вошел в кафе. Похудевший Ли Хасон оказался довольно высоким парнем.
Он был единственным подозреваемым участником, которого я смог пригласить на интервью. К моменту встречи Хасон уже ушел из своего агентства и сосредоточился на учебе. Он выглядел гораздо старше своих лет, но его миловидное лицо преобразилось и обрело юные черты, когда юноша увидел на столе торт с зеленым виноградом и чизкейк.
– Я хорошо учусь. На промежуточном экзамене мой средний балл был выше 80.
Хасон в один присест съел чизкейк и без всякой нарочитости улыбнулся. На его щеках белели крошки от торта.
– Мне до сих пор кажется, что все произошедшее было сном.
Он добавил, что засекретить свою личность было бы для него кошмаром. Я предполагал, что ему будет больно вспоминать события на шоу. Интервью с Ли Хасоном решил провести только по одной причине: напрямую услышать от него подробности создания третьего спецвыпуска шоу «Айдол: Разоблачение юного нечестивца».
Перед началом интервью Хасон заявил: ему есть что рассказать, и попросил, чтобы слова были переданы без цензуры и изменения личностей.
– Я больше не пользуюсь тем сайтом. Абсолютно. Никогда. Ни за что. Пожалуйста, не злитесь на меня за те комментарии.
Хасон засмеялся так, словно заплакал. Во время выхода программы в эфир ему было шестнадцать лет. На момент нашего разговора – восемнадцать.
Семья Ян Чжуну через суд требовала запретить трансляции третьего спецвыпуска шоу «Айдол: Разоблачение юного нечестивца». Родственники умершего заявили, что программа посягает на моральные права убитого, показывая отснятый материал в период их скорби. Производственная группа ответила, что программа соответствует интересам общественности, раскрывает правду о деле, и напомнила, что они заранее уладили с семьей вопрос по поводу показа видеоматериалов с умершим. В контракте, представленном в качестве доказательства, говорилось следующее:
Родственники Чжуну пришли на судебное заседание под множество язвительных комментариев о том, что они заработали пятьсот миллионов вон на смерти своего ребенка. Суд определил право телекомпании на частичную цитацию и постановил изменить и показать в эфире фрагмент видеозаписи смерти Ян Чжуну в соответствии с требованиями его семьи. По сути, это была победа съемочной группы.
До вечера пятницы, который назначили днем трансляции премьеры, телеканал ТМБ показал превью-видео третьего спецвыпуска в общей сложности 95 раз. Это была действительно рекордная частота рекламного воздействия.
В отличие от провокационного названия, содержание превью-ролика было достаточно приземленным. Десять участников разговаривают друг с другом. Выражения их лиц серьезные. Парни начинают кричать. Кто-то в гневе пинает стену или стул. После этого раздаются их реплики: «Я не хочу это видеть» и «Это действительно похоже на (цензура)». Кадр сменяется силуэтами стажеров, съежившихся в углу, плачущих или вздыхающих, глядя в потолок. Видео заканчивалось пиксельным экраном и протяжным криком.
