Ян Чхано действительно был только что госпитализирован в палату 3007. Он был представителем одной компании по ценным бумагам и на тот момент сидел в тюрьме за манипулирование ценами на акции, однако попросил увезти его в больницу под предлогом боли в колене. Эту информацию Пак Кымчжа предоставила господину Е. в качестве бонуса.
– Это палата 3002.
В ответ на раздраженный комментарий сотрудника агентства господин Е. несколько раз поклонился и спешно покинул палату. Он пошел к палате 3007, как вдруг почувствовал, что дверь за спиной открылась и на него кто-то смотрел. Подозрительно. Мужчина и сам вызывал подозрения. Вероятно, как только он скроется за углом, они позвонят в «Тхэсон» и спросят, почему приехал сотрудник, которого не звали.
Но тот день был субботой.
По мере того, как компания поднималась на вершину отрасли и делала себе имя в индустрии, а рынок средств прослушивания телефонных разговоров и предотвращения скрытых камер быстро разрастался, основатель и президент «Тхэсон» Ли Хёгюн начал масштабную перестройку организационной структуры фирмы. В результате реорганизации был основан новый исследовательский центр, разделены отделы продаж и обслуживания, а также создан центр обслуживания клиентов. Ключевым изменением стало рабочее время сотрудников. В прошлом году компания перешла от старомодной системы реагирования на звонки клиентов в индивидуальном порядке и работы без выходных на строгую пятидневную рабочую неделю не больше восьми часов в день. Так компания пыталась привлечь талантливых топ-менеджеров, что стало довольно обсуждаемой темой, ведь в столь «теневой» сфере подобный подход был редкостью. Поэтому, сколько бы раз сотрудник агентства Со Ноа ни пытался позвонить в «Тхэсон», никто ему бы не ответил, потому что был выходной, еще и дело шло к вечеру. Конечно, существует горячая линия, которая решает ряд срочных вопросов, но господин E. решил, что Ноа не из тех, кто станет тратить столько денег на подобного рода занятия. Он убедился в этом, когда увидел, что противоподслушивающее устройство, установленное в больничной палате Ноа, старое. Значит, это не так сильно его беспокоило.
В этом случае оставшееся время составляло всего один день до воскресенья. Если «Тхэсон» промедлит, то будет еще несколько часов в утро понедельника. Стратегия заключалась в том, чтобы за выходные попытаться найти компромат. Что-то должно было произойти. Господин Е. немного нервничал, ведь залог, который он получил от Чжан Инхе, уже был использован для других целей.
– Точно! – внезапно воскликнул детектив Е., спускаясь в лифте. Ехавшие с ним люди взглянули на мужчину. Он сделал вид, что ничего не произошло, и натянул козырек кепки пониже. Из задворок своего подсознания мужчина выудил одно воспоминание.
Это произошло четыре года назад. К нему поступил заказ подслушать разговор на вечеринке по случаю дня рождения наследника одного конгломерата. Господин Е. проник в частный клуб, замаскировавшись под доставщика спиртных напитков. Он привез партию бутылок с вином – к донышку одной из них было прикреплено прослушивающее устройство – и вышел через заднюю дверь, как вдруг столкнулся с кем-то. Ему удалось сохранить равновесие и не упасть. Мужчина посмотрел вперед и увидел острый нос, который почти что уткнулся ему меж бровей. У парня была блестящая кожа, мягкие, розовые губы и большие глаза, что, казалось, вот-вот растекутся. В белке его правого глаза алела небольшая точка. Это был Со Ноа, одетый в форму официанта.
Господин Е. вновь и вновь перебирал воспоминания в голове. Конгломератом, устроившим вечеринку в то время, явно была «TM-Групп».
В воскресенье утром То Чжэсон одобрил производство пятого, заключительного спецвыпуска шоу «Айдол: Разоблачение юного нечестивца». Лим Ыйхён отказался от участия, зато Со Ноа очень хотел присутствовать на съемках. День трансляции назначили на пятницу в 21:30, шестью днями позже, и это был прямой эфир.
На протяжении долгого времени в одном интернет-кафе, где обычно собирались внештатные сценаристы и сотрудники съемочной группы, размещали объявления о вакансиях в производственной команде шоу «Айдол». Это означало одно: многие сотрудники покинули проект. Репутация самого телешоу упала до критически низких показателей. Еще во время выхода основных трех сезонов за проектом закрепилась дурная слава, что в нем никто надолго не задерживается. Спецвыпуски с разоблачением юных преступников лишь укрепили негативное отношение. Бывшие сотрудники часто жаловались на нечеловеческие условия труда, вызванные срочностью и сложностью съемок и монтажа, а также тем, что спонсоры постоянно требовали снимать выпуски по определенным правилам и к конкретным срокам. Рабочей группе с самого начала установили жесткие временные рамки, а концепции каждого из пяти выпусков должны были отличаться. В будущем из-за этой ситуации в телевизионном сообществе встал вопрос об улучшении условий работы для сотрудников сферы телерадиовещания, хотя разговоры об этом велись давно.
