Трое обездвиженных находились спиной к дороге и ничего не могли видеть. Но последний обездвиженный наёмник видел всё происходящее и если бы его лицо могло бы выражать хоть какие-либо эмоции, то оно бы выражало ужас, а рот издавал бы страшные крики.
Помолившись, Пилар поднялся с колен, отряхнул полы рясы от дорожной пыли и обратился к застывшим тангорийцам.
– Проклятые тьмопоклонники, вас сожгут на очищающем костре, на площади этого городка. Пока я не прислал за вами людей, у вас есть время покаяться и признать силу истинного бога.
Потом священник повернулся, подошёл к своей лошади, ловко взобрался на неё и с сознанием выполненного долга, направился по направлению к городку.
А за спиной, удаляющегося священника, серые облака на небе над полем начали рассеиваться так же быстро, как собирались. Вначале медленно и неохотно, а затем все быстрее и быстрее, пока в чистом, прозрачном небе не осталось ни намека на угрозу.
А потом, без какого-либо намёка на облака, с чистого неба извергся дождь, плотной стеной обрушившись на поле и замерших тангорийцев. Дождь лил не больше минуты, а затем яркая радуга, распустившаяся над полем, была промокшему Пилару самой лучшей наградой.
Но никто уже не мог видеть, как на раскрасневшемся лице священника блуждала счастливая улыбка.
Глава 19.
Вечерело, в воздухе пахло жарким летом и грозой, собирающейся на востоке. Неугомонные ласточки носились над самой землей, кузнечики стрекотали, как угорелые. В общем, ничего интересного. Обычный сельский пейзаж.
На окраине деревни Вэон и гномы встретили семью крестьян, закончивших работу в поле и собирающихся домой. Переговорили с ними и выяснили, что городок у них действительно небольшой, есть ратуша, церковь, большой постоялый двор и две таверны, но в "Лебеде" хоть и больше народа, но веселее и кормят лучше, чем в "Янтарной сосне". Туда и решили отправиться за припасами, после того, как распрощались с крестьянами.
Подойдя к частоколу Вэон слегка удивился. Ворота были распахнуты, никакой стражи не было и в помине. Сразу было видно, что стоящее рядом с воротами, небольшое караульное помещение, требовало ремонта и давно никем не посещалось.
На вопрос Вэона, почему ворота не охраняются, гномы только пожали плечами, а Азахал справедливо подметил, что торговые пути довольно далеко отсюда, а орки ещё дальше. Народа в городке достаточно и мелким бандам разбойников тут легко дадут отпор, а крупным шайкам тут тоже особо делать нечего, вот люди и расслабились.
В городе было чисто, на улицах городка все встречающиеся люди оказались в новой, чистой одежде. Гном удивленно пересчитал дни, но не смог вспомнить ни одного праздника, который могли бы отмечать в городке.
В городке было всего четыре улицы, поэтому нужную таверну нашли довольно быстро. В сгущающихся сумерках Вэон издалека заметил большую белую вывеску в виде лебедя с изогнутой шеей. Уже подойдя к таверне, они поняли, что и без вывески не смогли бы пройти мимо. Из таверны доносились громкие крики и смех. Народ как мог отдыхал и веселился после трудового дня.
Взяв выходящего из таверны ремесленника, одетого в новенький кожаный фартук, за плечо, Азахал спросил:
– Какой сегодня день, приятель?
– Что? – не понял он.
– Сегодня праздник? Почему улицы чистые, а одежда на всех новая?
– То-то я смотрю, что вы не местные. Все знают, что в наш городок приезжает епископ, а с ним святые мощи Гасиалена.
– Сегодня? На ночь глядя?
– Ну, – почесал затылок мужик, – Должен был нагрянуть сегодня, но видимо, что-то задержало его в дороге, прибудет завтра.
– А лошадей с фургоном у вас в городке раздобыть можно?
– Ну, так-то можно, – снова почесав затылок, пробасил мужик, – Но это если только на постоялом дворе.
– Покажешь туда дорогу?
– А чего же не показать, покажу, – согласился мужик.
Решили разделиться. Братья гномы, со встреченным ремесленником, отправились узнать, нельзя ли раздобыть на постоялом дворе лошадей и фургон, а Вэон с Азахалом зашли в таверну.
В довольно просторной таверне действительно было много народа. Вкусно пахло едой, столы были накрыты простыми, но чистыми скатертями. Почти все столы были заняты.
Вэон сразу отправился к стойке трактирщика, а гном остановился по средине зала, чтобы оглядеться.
Таверна была разделена на две части широким проходом, слева народа было меньше и гном отправился туда. Найдя свободный столик без посуды, он уселся и с любопытством стал наблюдать за зашумевшей толпой народа, столпившейся на правой половине зала. По крикам Азахал понял, что там идёт борьба на руках. Все делают ставки и подбадривают местного кузнеца, который борется с орком.
Но вскоре послышались крики разочарования. Кузнец проиграл, веселье закончилось. Народ начал рассаживаться за свои столы. Шумные крики постепенно затихли.
Вэон, видимо договорившись с трактирщиком, ушёл с ним в подсобное помещение. Азахал заказал Вэону вина, а себе пиво и пышная, румяная девушка с большими формами, быстро принесла ему кружку.
