Цепочки костров поднимались практически к самым перевалам. И вряд ли костры разводили тролли, а значит, люди уже пробились почти к вершинам. Защитники гор ещё сдерживали их на последних высотах, но как только людская масса перевалит через хребет хотя бы по одной тропе – троллям конец. На пологих склонах, ведущих в долину, немногочисленным горным воинам не выстоять, шанцийцы перебьют их как мух и хлынут в селения, сея смерть там.
Похоже, это действительно последняя ночь, когда ещё можно что-то изменить. Вот только
Пока Лонгаронель судорожно пытался придумать хоть сколько-нибудь реальный план действий, пришло известие, лишившее его потуги всякого смысла – оказывается, шанцкие войска прорвали оборону на северной тропе и их авангард уже орудовал в долине. Ну почему он, идиот, велел Эрли сперва исследовать лагерь у подножья вместо того чтобы сразу прояснить обстановку наверху!
«Все к северной части долины!» — скомандовал Лонгаронель.
Внизу гуляла смерть – в лице безжалостных шанцийцев. В селениях не осталось мужчин – лишь немощные старики, женщины и дети. Все, кто мог держать оружие, стояли в обороне троп. В их числе были даже молодые женщины и подростки. В посёлках действительно не осталось тех, кто был бы способен дать отпор налётчикам. Конечно, тролли пытались защищаться, но силы были совершенно неравны. Люди собирали кровавую жатву десятками и сотнями жизней, убивали всех подряд – даже младенцев и беременных.
С перевалов на помощь своим семьям спешили мужчины. Но им, наверное, не успеть. Да и шансов одолеть превосходящие людские полки, почувствовавшие вкус крови, практически никаких.
Вампиры принялись разить бесновавшихся внизу убийц. Вот только надолго ли их хватит?! На тех скотов, что уже ворвались в селение – возможно. Но на подходе ещё сотни и сотни. А если части на других тропах поймут, что защитников на них почти не осталось и, несмотря на ночь, тоже пойдут на прорыв? Впрочем, если не остановить людскую реку, текущую через северный перевал, всё остальное уже не будет иметь значения.
«Эманации страха!» — принял решение Лонгаронель. Сработает или нет – кто ж знает. Но, кажется, это единственный шанс переломить ход событий.
Вампиры оставили в покое так и не добитые силы противника в деревне и ринулись навстречу подходящим к ней частям. Люди по-прежнему не замечали круживших в чёрном небе неведомых существ. Однако первые ряды дрогнули достаточно быстро. Безотчётный страх заставил их остановиться. Задние напирали, но постепенно паника распространялась. Замертво рухнули восемь солдат. Затем ещё восемь... ещё... и ещё. Никто не понимал причин гибели товарищей – ни ранений на их телах, ничего! И наконец шанцийцы развернулись и побежали. Сталкиваясь со своими, топча сбитых с ног. Четверо вампиров погнали их обратно к перевалу, всё нагнетая среди бегущих ужас. А четверо других вернулись к деревне.
Будучи верхом, тролли с ближайших перевалов тоже уже почти достигли её пределов. Только пока здесь всё ещё сеяли смерть шанцийцы. Светло было как днём – факелами полыхали крытые соломой дома. Их жители, в последней надежде на спасение, бежали на северо-восток, прочь из посёлка. Солдаты преследовали их по пятам, убивая в спину.
Вампиры попытались отсечь преследователей. Нет, на сей раз не эманациями страха – щадя и без того перепуганных троллей – а просто убивая тех, кто был впереди. В конце концов люди обратили внимание, что их товарищи умирают без видимых причин. Они остановились в замешательстве, и кто-то даже заметил круживших сверху крылатых существ. Лучники открыли по ним стрельбу, но стрелы не брали неведомых врагов, а вот их собственные ряды продолжали редеть.
Наверное, ещё секунда-другая, и люди обратились бы в бегство. Но тут на них вихрем налетели тролли. При непрекращающейся магической поддержке с воздуха всё было кончено минут за десять. На земле остались лежать более сотни трупов – окровавленных и вовсе не имевших ран. В подавляющем большинстве – люди, среди троллей потери были незначительны, если не считать того, что их вообще осталось очень мало.
Обессилевшие вампиры спустились на землю. Тролли не имели ни малейшего представления, кто их крылатые союзники, но понимали, что победа в этом бою являлась именно их немалой заслугой.
