– Да она обманула вас, как ребенка, – фыркнул Норман. – Спустилась с вами, увидела низших, которые оказались големами, дралась с вами плечом к плечу – идеальное алиби. А главное, совсем неопасно, если человек, который контролирует големов, с ней заодно, ждет за дверью и появляется в самый подходящий момент, чтобы остановить их. С готовым объяснением того, как эти големы там оказались. И вот уже Мари Бон вынуждена оставить Шадэ в покое, демонстративно забрав у него амулет и выставив охрану, а все наши версии рушатся на глазах. Замешан в этом канцлер или нет, мы не узнаем, поскольку Бон совершенно спокойно может сказать вам, что канцлер подтвердил слова Шадэ, ни о чем ему не говоря. Честное слово, Мор, я думал, вы умнее.
Раздраженно выпалив это, он резко отвернулся, но тут же замер и повернулся обратно:
– Или все проще. Вы действительно не дурак, просто с ними заодно. И весь этот спектакль был разыгран для одного зрителя – Хильды. Может быть, вы вообще все расследование затеяли только для того, чтобы точно знать, о чем уже знаем мы?
– Ян, при все моем к вам уважении, – вмешался Фарлаг, – я доверяю Дилану. Я сам попросил его расследовать гибель курсанта. Дилан не хотел в это влезать.
– Но согласился, – Норман продолжал сверлить недоверчивым взглядом Мора.
– Он из-за меня согласился, – попыталась возразить Хильда. – Потому что я бы в это влезла все равно…
Она еще не закончила говорить, когда сама поняла, как это выглядит со стороны: получалось, что Мор мог согласиться, чтобы контролировать ее расследование.
Судя по выражению на лице Нормана, он подумал то же самое. И даже понял, что остальные и так это осознали, потому что озвучивать свой вариант не стал.
Мор слушал его обвинения молча, лишь стискивая до боли зубы. Даже когда Норман замолчал, он не сказал ему, что тот сошел с ума, а только спокойно возразил:
– Все те же самые обвинения я могу предъявить и вам.
– Неужели? – Норман искренне удивился.
– Почему нет? Даже сны вашей жены указывают на вас.
– Вы что же, всерьез думаете, что я решил испортить Академии Легиона празднование юбилея и заодно убить любимую жену? – удивленно уточнил Норман, скрестив на груди руки и сделав шаг к Мору.
– Жену – едва ли, – согласился Мор, тоже делая шаг к нему. – Но вы могли затаить обиду на Легион после того, как он вас преследовал. И вам проще всего было навести на Таню сон с нужным вам сюжетом.
– И зачем мне показывать ей сон, в котором я ее убиваю? – на этот раз в голосе Нормана прозвучал вызов.
– Идеальное алиби? – явно передразнивая его, предположил Мор. – Вы заранее создаете у нее уверенность в том, что вас хотят подставить. Почему? Потому что знаете, что больше половины легионеров поклоняются Роне Риддик и верят ее ревпоплощению. Когда придет момент, она сможет выступить в вашу защиту. И опять обелить вас. Ей поверят. Зато в то, что вы захотите убить ее, она сама не поверит никогда. А если она видит именно это, значит, она видит не вас. Но что если видит она вас, но убить вы планируете не ее?
– А кого, позвольте узнать?
Спросив это, Норман сделал еще один шаг к Мору, и теперь в этом его движении явно сквозила угроза. Однако эта угроза Мора ничуть не смутила. Он остался стоять на месте, только встал еще прямее, чем до этого.
– Кажется, дело идет к драке, – тихо пробормотал Фарлаг Таре. – Вот тебе и мозговой штурм.
– Главное, ты к ним не лезь, – так же тихо ответила она, утаскивая из вазочки очередное маленькое печенье.
– Я не трус, но разнимать двух воинов точно не полезу, – хмыкнул Фарлаг, повторяя ее движение.
Тем временем Мор после небольшой паузы и обдумывания вопроса, предположил:
– Канцлера, например.
– И каким образом я привлек на свою сторону второго серого мага, который был каким-то образом связан с Роттом? Наверняка он тоже затаил на меня обиду.
– Да мы пока об этом гипотетическом маге знаем только с ваших слов. Может быть, его и не существует? Вы его придумали только для того, чтобы на кого-то свалить вину. Ведь в противном случае, вы единственный маг с подобной магией, а это делает вас единственным подозреваемым.
– Да вы все знаете о сером потоке только благодаря мне, – напомнил Норман. – Я мог бы ничего не говорить, и тогда бы вы ловили не серого мага, а воздух руками.
– Но вы умный человек, вы понимаете, что все тайное рано или поздно становится явным, – возразил Мор. – Скрывать свою магию вечно вы не сможете. Особенно от жены, чьим мнением и отношением к себе, очевидно, очень дорожите. Поэтому вам невыгодно сейчас это скрывать.
– Да уж, можно уволить человека из Легиона, но образ мыслей легионера никуда не деть, – процедил Норман, с трудом удерживая невозмутимый вид. – Вы виртуозно все переворачиваете с ног на голову.
