— Это же подстава чистой воды!
Вот хитровывернутые! Я сцепила руки в замок, изо всех сил подавляя желание бросить маленький заговор на косоглазие в лоснящуюся от удовольствия физиономию ректора. Заранее все спланировали!
— Да-да, можете повозмущаться от души, — рассмеялась зеленоглазая женщина, глядя на раздувшегося от возмущения Полоза.
— Нам и тут работать, что ли, придется?
— Не работать, а выполнять свои прямые обязанности по курированию младших созданий. В конце концов, вам не привыкать следить за мелкими.
Правоты преподавателей не отнять, но одно дело раздавать профилактические подзатыльники расшалившимся мавкам в своем лесу, а другое — курировать целые учебные группы. И ведь отказаться не сможем! Каждый из нас прекрасно знает, что локальная мелкая нечисть в его власти и на его поруке.
— Давить на врожденное чувство ответственности — низко, — хмуро прокомментировал Кощей.
— И как нам разделить тех же баньши? — возмутились мойры. — Под чьей протекцией они будут: нашей или мастера Константина?
— А бесов кто сюда пустил? И кто их будет курировать?
— Разделите учащихся согласно собственным сферам деятельности, — отмахнулся ректор. — Свое расписание найдете на доске объявлений. Правила остаются те же: ночевать в своих комнатах, колдовать только в аудиториях, кто сбежит без предупреждения и отмажется самоподготовкой в полевых условиях — до конца года будет окучивать картошку бабушкам на хуторах.
— А с предупреждением сбегать можно?
— Конечно, вы же не пленники. Заранее подходите к декану, оповещаете об отбытии, его сроке и целях, и, если отпустит, счастливого пути. Ах да, и еще, в комнатах не курить. По всем вопросам обращаться к декану пограничников — госпоже Агате.
Женщина с холодным взглядом и суровым выражением лица слегка склонила голову, едва ли здороваясь с нами. Госпожа Агата? Агата Малахитница?
— Тетушка…
— Для тебя госпожа Агата или Хозяйка, — высокомерно улыбнулась она. — Как и для всех остальных. Я не только ваш декан, но и куратор, так что дважды подумайте, стоит ли беспокоить меня по пустякам.
— Тетушка! — перебил ее Арсений, кидаясь с объятиями. — А я-то думал, не привиделась ли мне родственная душа! Как ты, родная? Славно ли все на Урале?
— Пусти, — высокая Хозяйка утонула в профессиональном захвате племянника, и ей ничего не оставалось, кроме как неуверенно похлопать его по спине. — Соблюдай субординацию.
— Прости, — покаянно отступил он.
— До встречи, абитуриенты.
Мы уныло посмотрели на удаляющиеся спины преподавателей и уставились друг на друга. Нужно расходиться по комнатам, готовиться к завтрашнему дню, а у меня еще и зелье варится. Не дай боги комната пострадала! Хотя Сажик бы не позволил, как и не допустил бы случайного вреда Васильку.
Негласно принятое решение о передислокации в мою комнату было аргументировано одной потребностью — зельем от похмелья.
— Ох, батюшки, какой насыщенный день, — змей вытянул ноги, расположившись на стуле.
Мойры оккупировали мою кровать, потягивая разбавленное зелье из пластиковых стаканчиков, что здорово напоминало опохмеление. До невыносимости мрачный Кощей пару раз стукнул кулаком в стену и рявкнул, что если чертовы домовые не принесут в комнату еще пару стульев, он лично их развеет. Не знаю, как духи смогли испугаться развеивания, но сравнительно небольшое помещение наполнилось креслами, пуфиками и стульями, к моему неудовольствию загромоздив почти все пространство.
А всё потому, что комнаты остались прежними.
— Скопидомы, — вынес вердикт Руслан, убедившись, что второй этаж остался практически без изменений.
Вещи не успевших заселиться одногруппников оставались внизу, благоразумно обнесенные защитным контуром чьей-то заботливой рукой, и их было решено занести позже.
— Касса должна пополняться, — я пожала плечами, гладя напуганного Василька. Лис не понял внезапных перемен и жался ко мне, подальше от возмущенных мужчин.
— Ну что, — подытожила Амира, разбавив зелье водой, выжатой из собственных волос. — Кто сколько нашел?
— Три огневика на главной лестнице, двери на коловрате, в оконное стекло вплавлено святое серебро.
— Наружная лестница заминирована порохом, в вазах спящие семена разрыв-травы, — лесной дух приманил Василька на запах мышей и почесал за ушком.
— Над каждой дверью инглия, нарисованная кровью. Следы затерты, но не качественно, — дополнила я, со вздохом перехватывая руку Руслана.
Пораженный вздох разнесся по комнате. Девять пар изумленных глаз скрестились на обожженной ладони мужчины, который сам в недоумении глядел на появляющиеся волдыри. Где-то негромко ругнулся Арсений, бросая злой взгляд на скулящего Василька. Я забормотала заговор от ожогов, пока недовольная демонесса опутывала мокрыми волосами ладонь незадачливого вирява.
— Под зданием девять заложенных покойников, — вставил свои пять копеек навий царевич, демонстративно избегая выделенные ему бокалы с зельем и водой. — И алтарь Баала в подвале. Настоящий алтарь.
— А еще оморочки-перепутки на каждом повороте, скорее всего, привязаны к заходу солнца. Не очень-то они надеются на нашу сознательность.
