Под чуткими и ловкими пальцами локоны быстро сплетались во французскую косу и закреплялись золотыми заколками, вынутыми змеем будто из воздуха.
— Правда потом может понадобиться массаж головы, зато ничего не распадется даже в ураган, — хвалился он, заканчивая прическу.
— Ты готова? — дверь внезапно открылась, явив Кощея и повисшую на его плече Фриду.
Мы застыли, пойманные с поличным, и вытаращились друг на друга, как рыбы на су-шефов. Я во все глаза глядела на богиню, которую точно не собиралась брать с собой, Кощей же застыл, глядя на мои волосы в руках Арсения.
— Очень красивая коса, — первой отмерла Фрида, невзначай потеревшись щекой о плечо спутника. — Славушка, мы уже можем выдвигаться?
— Э-э-э-э, — я перевела взгляд на мрачнеющего Константина и выгнула бровь. — Вообще-то, знаете ли, я планировала взять только одного человека. А почему вы… м-м-м… вместе?
Змей едва слышно вздрогнул, явно уловив какой-то посторонний подтекст, и невесомо провел пальцами по моей шее, успокаивающе погладив впадинку на затылке. Я хотела ему сказать, что имею ввиду исключительно сегодняшний вечер и их готовность отправиться со мной, но Фрида, сияя как новенький пятак, ничтоже сумняшеся выдала:
— Костик разрешил мне пойти с вами, так как мы не сможем погулять этим вечером. Он говорил, что это опасно, но я так хочу побыть сегодня не одна, а с кем-нибудь близким!
Я еле сдержала лицо, пытаясь не закатить глаза. Ну вот как можно относиться так безалаберно к серьезному делу?
— Знаешь, — пробормотала я, испытывая жгучее желание влепить кое-кому пощечину, — лучше вам провести этот вечер наедине. Все-таки это последний свободный день. Сходите в кино, погуляйте у Черного моря, потанцуйте на Патриарших в конце концов.
Недовольный Константин открыл было рот, но светящаяся восторгом богиня успела первая:
— Правда? А вы точно справитесь одни?
— Точно, — снисходительно усмехнулся змей, принимая мою сторону. — Там делов-то раз плюнуть. Слышал, в Минске сегодня устраивают уличные танцы и гастрономический фестиваль, так почему бы вам не повеселиться там? Рарог отпустил всех до полуночи развлекаться в честь окончания практики.
Глаза навьего царевича горели злым огнем, но я не обращая внимания поднялась со стула, обогнула контрастную парочку и вышла на улицу. Сначала дело, эмоции потом.
— Слав, все в порядке? — догнавший меня вуир не глядя проложил тропу до Красного болота и подхватил под локоток, имитируя неспешную прогулку.
— Да, все замечательно, — смахнула раздражение я. — Ого, ты тоже подготовился.
На поясе юноши в характерных ножнах висел меч, до боли напоминая золотую пиратскую саблю. И как я его раньше не заметила?
Путь на болото был недолог, ведь чем больше у тебя сил и опыта, тем эффективнее стяжка пространства. Газовый, дурно пахнущий туман вился над чавкающей водой и землей, рождая мерзкие ассоциации. Я вышла на берег с нелегальными клумбами, узрев активную возню. Несколько полуразложившихся девиц торопливо выкапывали поникшие кустики, скидывая их в пластиковые ящики.
— Не успели, девочки, — громко оповестила я преступниц, выпуская сигнальную вспышку.
Замершая нечисть оглядела нас волчьими взглядами и побросала лопаты.
— О, так у нас тут опытный криминальный элемент, — восхитился рыжий. — Смотри, какие зубы отрастили, явно не ведут переговоров с законом.
Я прошлась взглядом по лохмотьям разбухшей кожи, по торчащим костям и выпирающим сморщенным органам. Чем хуже выглядит нечисть, тем больше грехов за ней водится. Обычные русалки довольно красивы и в меру приятны, не переступая грань откровенного членовредительства людям. Эти же красавицы выглядели так, будто каждую пропустили через мясорубку и раскатали асфальтоукладчиком.
— Ну и мы не ведем переговоров с подводными террористами, — улыбнулась я. Пятеро нарушительниц в поле зрения, скорее всего, еще парочка заныкалась в топи. И правда, раз плюнуть.
Недобрые взгляды потенциально несуществующей нежити не обещали нам ничего хорошего. Кажется, конопля им оказалась дороже посмертного существования.
— Мочи законников, — прохрипела старшая, бросаясь на меня в лоб и пытаясь уцепиться за волосы или одежду.
Я успела нырнуть в сумку до того, как мертвые разложившиеся когти сомкнулись на моем рукаве. Сзади послышались восторженные крики десятка тварей, сидящих в засаде на двух высших.
Полынь или петрушка?
Смотря кого спрашивать. Визжащая русалка схватилась за горящее плечо свободной ладонью, отцепившись от моего рукава. Яростно искривленный рот слал отборные проклятья, перемежаясь воем и призывными криками подругам.
— Коли та свята трава, что нечистого гоняет, под подол русалке канет, пособит открыть глаза, — приговаривала я, охаживая нежить пучком зелени.
Разбегающиеся девы поскальзывались на собственных лужах, уворачиваясь от серебристо-зеленых листьев. Особо упорная нахалка, ловко нырнув за спину, попыталась схватить меня за шею, но кто сказал, что ведьмы беззащитны?
— Пардон, мадемуазель ундина, вам пора упокоиться, — один удар золотого меча и визжащая голова покатилась по полю.
