– Все исправим, офицер Найтес и госпожа Риате. Вас разделим, надпись поместим в центр, а…
– О, нет, – Ри, наконец, поднялась, и тут же схватила скульптуру, правда едва удержала, – только через мой труп. Знаете, мастер Ойоко, это гениально. Это просто Бездна как гениально, этот шедевр не должен пострадать из-за… – нахалка бросила взгляд на нас, – из-за вот этих вот, которые уже по делам опаздывают…
Юрао, не удостоив сестру и взглядом, подошел к вешалке, взял мое пальто и шарф, помог подоспевшей мне одеться, затем оделся и сам и подталкивая уважаемого гнома к выходу, любезно ответил:
– Мы, несомненно, посетим ваше радостное и торжественное событие как почетные гости, уважаемый мастер Ойоко. И, несомненно… – тут вновь замечаю эту хитрую ухмылку на губах дроу, а дальше, с тщательно разыгрывавемым удивлением, Юрао воскликнул: – О, мастер Окено, не ожидал вас увидеть!
Позади нас раздалось «Ой»… а потом оглушительный звон разбитого стекла. Гениальная статуя была разбита на сотню маленьких осколков.
– А… где он? – удивленно спросил гном, глядя на совершенно пустую лестницу.
– Кто? – беззаботно поинтересовался Юрао, натягивая перчатки.
– Так… этот, которого вы назвали, – не понимал мастер стекольщик.
– Ах этот, – дроу весело мне подмигнул, – да так, показалось.
Когда мы спускались по лестнице, вслед нам неслось взбешенное:
– Юр, катись ты в Бездну, слышал?! Ты… ты…
Мы расхохотались, вступая в объятия зимнего полудня, яркого, светлого, искрящегося от выпавшего ночью снега и наполненного прозрачно-звенящим кристальным воздухом. Обожаю последние зимние дни.
До отделения «ЗлатоСереброИнвестБанка» пошли пешком, распрощавшись с почтенным мастером стекольщиком Ойоко и пообещав ему непременно быть на свадебном торжестве. Меня лично еще беспокоило, куда делся Счастливчик, но Нурх, которого мы отправили с посланием к владельцу дома шестьдесят шесть по улице Весеннего Умертвия, сообщил, что мой огромный кот выскочил из конторы и убежал, едва началось нашествие гномьей общины. Нурху было сказано ждать нас потом у банка, ну а мы туда и направились, обсуждая случившееся по дороге.
– Это связано именно с артефактами, Дэй, – задумчиво проговаривал Юрао. – Причем я так понял, что есть заказчик, и он себе каким-то образом находит исполнителей.
– Думаешь и тот проклятийник убийца, что едва не убил тебя, тоже?
– Давай вместе подумаем, – партнер чуть прищурил глаза, – ход с формулой проклятия гениален и прост, согласись.
– Полностью согласна, – подтвердила я.
– И идея с этой мелкой нечистью в слоеных пирогах – ведь мелочь же, ни моя охранка, ни защитные заклинания в Академии Проклятий – не отреагировали. Опять – гениально и просто.
Я кивнула, и напомнила:
– А вторжение с каррагами в контору? Не так уж и просто.
– Как не особо умно было и нападать с проклятиями на адептку Академии Проклятий, – Юрао поднял указательный палец, ловя слетевшую с крыши снежинку, – исполнители, Дэй. Та гадость, что вторглась в контору и пыталась найти пластину с описанием какого ритуала, в котором, я даже не сомневаюсь, требуется использовать артефакты Тьеров, и тот проклятийник, что пытался убить нас, до этого истребив дроу, и эта вот нечисть, позволившая себя обчистить двум жертвам собственного плана. Исполнители, Дэй.
Я задумчиво шла, держась за Юрао, потому что дорога была скользкая, и думала о том, как все это вообще началось…
– Мне вот интересно, – задумчиво произнес Юрао, – когда все это началось? История, с артефактами.
И я остановилась. Посмотрела в удивленно поглядывающие на меня золотые глаза и, тихо сказала:
– Когда лорд Тьер надел мне обручальное кольцо.
Юрао поднял голову, подставляя лицо солнечным лучам, и задумчиво произнес:
– Дэя, я тут кое-что поузнавал про это колечко, и вот будь добра, скажи мне – камень был черным сразу?
В воспоминаниях пронеслось, как огромный букет черных роз несется в лорда Шейдера Мероса, а бесконечно счастливый лорд Риан Тьер надевает на безымянный пальчик моей левой руки тонкое кольцо с редким черным бриллиантом.
– Да, – чуть нахмурившись, ответила я, – кольцо сразу было черным.
– До того как ты его надела? – уточнил дроу.
– Даа,- удивленно смотрю на партнера.
– Уверена?
– Абсолютно, Юр, – не понимаю, к чему он клонит.
Похлопав меня по плечу, Юрао загадочно протянул:
– Все началось раньше, Дэй. До того, как Тьер надел на тебя кольцо с уже черным бриллиантом. Уже черным! Ты мой намек поняла?
Я не особо поняла и поэтому потребовала ответа:
– На что ты мне сейчас пытаешься намекнуть?
Юрао поморщился, явно недовольный моей сообразительностью, и начал объяснять:
– Черный цвет, Дэй, черный – вы связаны до смерти. Уже связаны. И теперь вы будете вместе вне зависимости от твоего или даже его желания, вы уже связаны и это, – он весело подмигнул, – только смерть разлучит вас.
Не совсем поняла его подмигивание и посему поинтересовалась:
– И что? Знаешь, практически любой брак в Приграничье можно охарактеризовать «только смерть разлучит вас».
Юрао возобновил движение, и мне пришлось догонять, а едва догнала, дроу, подбрасывая при ходьбе снег, отстраненно сообщил:
