— А нечего другим яму рыть. Может потом оказаться, что на самом деле роешь им фундамент для дома, и тебе еще спасибо скажут за бесплатный труд. И вообще — мне очень любопытно посмотреть на этот ваш Храм Великой Матери. С удовольствием схожу на экскурсию. Вот Иланна удивится, когда я без проблем пройду через ворота… Представляю ее лицо.
Морвин улыбнулся улыбкой сытого кота.
— Я думаю, твое полное право находиться в ее Храме все увидят еще до того, как ты подойдешь к магическим Вратам.
— Это почему это? — я привстала на локте.
Морвин опустил горящий взгляд и провел кончиками пальцев от моих ключиц и вниз.
— А потому это, что ты вся расцвечена отпечатками моего узора.
Я проследила за его взглядом и увидела на своей коже по всей левой половине тела розоватые завитки следов — зеркальное отражение его темного пламени. Как знак, что мы теперь едины. Сладко екнуло что-то внутри при воспоминаниях об огненных прикосновениях этого пламени. Я снова легла и умиротворенно положила голову на плечо своему мужчине. Хотелось мурлыкать довольной кошкой и сворачиваться клубком.
— Сниму это с тебя вечером, верну свой жар обратно. Походишь так пока, Маэлин? Мне нравится на них смотреть.
— Раз уж колец у нас нету… так и быть, похожу, — счастливо вздохнула я в ответ. Разговаривать было лень и больше всего хотелось спать. Долго-долго. Но я понимала, что скоро рассвет, и лучше уж не ложиться вовсе, чтобы в трудный день войти со свежей головой, а не чугунной. Так что придется отвлекаться, чтоб не уснуть.
— Как твоя магия? Резерв не восстановился?
— М-м-м… — Морвин задумался, прислушиваясь к себе. — Внутреннее хранилище, которое я торопливо взламывал, кажется, снова восстановило целостность. Правда, его еще наполнить бы… там хорошо, если треть осталась. Но, честно говоря, не слышал о том, чтоб кому-то из огненных удавалось восстановить неприкосновенный запас. На то он и неприкосновенный. Хотя сейчас у меня чувство, словно нет ничего невозможного. Ну а ты?
Я подняла руку, посмотрела на свою ладонь. На кончиках ногтей серебрился иней. Дохнула, и он сорвался стаей снежинок, взвился к потолку. Морвин щелчком отправил за ними рой искр. Талая изморось выпала на пол, в воздухе посвежело и стало легче дышать.
— А у меня такое чувство, будто родилась заново. Словно долго-долго сидела, опустив голову и скрючившись, как птенец в скорлупе, и вот теперь, наконец, вылупилась и расправляю плечи. А может… и отращиваю крылья.
Я взмахнула рукой — и над нашей постелью распахнулись два ледяных крыла, укрыли прозрачным пологом. В глазах Морвина заплясали восхищенные огни.
— Моя Сфера теперь полностью послушна. Кажется, могу убирать и снова ставить, когда только захочу. Любой толщины. На любом расстоянии.
Взмахнула еще раз, и лед исчез.
— Это хорошо, — Морвин бросил на меня загадочный взгляд, который принялся рассеянно блуждать по моему новоприобретенному узору. — Потому что если б не Сфера, я бы ни за что не отпустил тебя одну в Храм. Мужчин ведь не пускают внутрь, это строго запрещено. А значит, там ты будешь полностью во власти Иланны, и мне категорически это не нравится. Впрочем, у меня есть еще одна мысль, как обезопасить твое там присутствие. Потом расскажу. А сейчас хватит уже об этой бешеной. Давай пока просто полежим…
— Снова откладываешь планы на потом? — проворчала я, уворачиваясь от лап, которые уже подкрадывались устроить нам очередное «просто полежим». Села, решительно набросила травяную накидку на плечи и всем своим видом принялась демонстрировать, что от разговора он не отвертится. — Давай лучше обсудим самый главный план. Что мы будем делать после моего благополучного возвращения из Храма?
Лапы и не думали сдаваться, а уцепили край моей накидки и медленно потянули, оголяя плечо. Я понимала, что кутаться уже вроде как нет смысла, но все же хотелось сохранить серьезный лад разговора, поэтому шикнула на лапу и вернула вещь на законное место.
— Я думаю, что после твоего возвращения из Храма можно попробовать что-нибудь сделать с климатом. Примерно так, как ты это делала с усыхающим садом вокруг Академии пурпурной розы, — вздохнул разочарованный обладатель лап. И все ж таки нашел способ мне отомстить, пробравшись под ткань и вольготно расположив руку на моем колене, напрочь сбивая с любых и всяческих серьезных мыслей.
— Ну… я… думаю, что это было бы неплохо, — пробормотала я, задыхаясь.
— М-м-м… я тоже так думаю, — промурлыкал Морвин, щуря глаза, горящие в сумраке угольями.
Ох. Мы вообще будем сегодня чем-нибудь серьезным заниматься, интересно? Хотя, конечно, мне и самой не хочется. Вернее, хочется, но несерьезным. А надо наоборот.
Пришлось снова отсаживаться от жениха подальше, на благоразумную дистанцию. Не отказывая себе в удовольствии греться об него кончиками босых ног.
