С замиранием сердца она наблюдала, как мужчина, стягивая через голову рубашку, отходит подальше, дабы никого не зацепить при обороте. Скидывает сапоги, оставшись в одних только брюках, и воздушная гладь покрывается рябью… Изумрудная чешуя. Огромные перепончатые крылья. Желтые глаза с вертикальным зрачком. Не зря за правой рукой Даэр’аэ закрепилась слава обладателя самого красивого дракона на свете.
На ватных ногах Кассея приблизилась к этому удивительному существу. Кончиками пальцев пощекотала влажный нос, от чего Уль’д’раксис довольно заурчал, и с помощью Феанора, поднявшись по крылу, взобралась на спину, удобно устроившись меж шипов.
– А ты? Не полетишь?
– Пожалуй, воздержусь. Меня этот тип носит исключительно в когтях, – нахмурился эльф, покосившись на мощную лапу. – К тому же сегодня твой день, душа моя. Когда искупаешься в озере Киллин’арна, загадай желание. Говорят, они имеют свойство сбываться.
Уль’д’раксис ее не щадил… Взмывал в небеса и камнем пикировал вниз, ловко маневрируя меж алмазных пик. Касался грудью водной глади океана, поднимая крыльями брызги. Когтями цеплял макушки сосен лишь для того, чтобы потом сорваться в ущелье, скрытое в чаще от посторонних глаз.
Кассея визжала от ужаса и хохотала от восторга. Скользила ладошками по глянцевой прохладной чешуе, такой приятной на ощупь, поражаясь, как дракон умудрялся не уронить своего нежданного наездника на виражах. Пыталась предугадать его следующий маневр, но ни разу не преуспела. Капитан Дракс умел удивлять.
Когда они добрались до священного озера Киллин’арна, от эмоций она выдохлась. Обессилела настолько, что попросту скатилась по крылу, словно мешок с картошкой, и развалилась на траве.
– Ваше Высочество, если хотите искупаться, я бы поторопился, – Уль’д’раксис, обернувшись человеком, рухнул рядом, устроившись на животе. – Уже темнеет. Ночью воды Киллин’арна покрываются льдом.
– Льдом? Летом?
Одно дело – вершины гор, припорошенные снегом. Но озеро?
– Не слышали местную легенду? Киллин’арна – первое, что создал белый дракон, сотворивший свет. Здесь зародилось то, что мы с Вами, принцесса, считаем домом. Сильвенар, Эльсинор… А озеро Киллин’арго во мраке – первое, что сотворил черный дракон, породивший тьму. Говорят, едва заходит солнце, вода там превращается в лаву.
– За пределами Сильвенара мало кто верит в эти сказки, – убедившись, что Дракс не подсматривает, Кассея, приподнявшись на локтях, села и стянула платье через голову.
Дракон черный. Дракон белый. Огненный и ледяной. Брат и сестра. Те, с кого все началось.
Легенда гласила, что Кин’эйр и Бэль’эра, породив мрак и породив свет, ушли в леса на границе миров, отгородившись от своих детищ, но не прошло и трех сотен лет, как Кин предал доверие сестры. Нарушил данное им слово. Клятву, что эту вечность, для них одну из многих, они проведут вдвоем. Собирая травы у реки, он встретил
Миф о сотворении миров, который был в ходу за пределами Сильвенара, дописали демоны. В их версии Кин’эйр успел оставить наследника – сына, который и стал первым и единственным за всю историю мрака владыкой тьмы. Сейчас же лавры будущего владыки прочили Сой’ле Даэр’аэ, младшему из трех сыновей Р’гара, от чего сами демоны были, мягко говоря, не в восторге.
Кассея нырнула в Киллин’арна с головой. Разгоряченная душа просила ярких ощущений.
– Не увлекайтесь, принцесса! Утонете, – хрипловатый голос Уль’д’раксиса прозвучал совсем рядом. – А мне потом Феанор мозги поджарит за то, что я не уследил.
Всплыв на поверхность, она поняла, что не ошиблась. Дракон стоял по пояс в воде, которая, слава богам, ее взору открывала один лишь мощный торс. Где валяются его штаны из магической ткани, пережившей оборот, она не видела, но догадывалась, что сей предмет гардероба остался на берегу. В священных озерах не купались в одежде.
Кассея без зазрения совести пробежалась взглядом по каменным мышцам, отметив для себя и внушительный ожог на боку, который издалека казался ей меньше, и несколько шрамов, вроде тех, что красовались на спине у Стоуна.
– Здесь – огненная сфера, – Уль’д’раксис погладил пальцем ожог. – Остальное – когти грифона. Наткнулся на четверых наездников из Ларкии, когда возвращался в Сильвенар. Если бы той ночью принц Рой’не не услышал мой рев, грифоны разорвали бы меня на части.
– Грифон – создание размером с коготь Вашей лапы. Неужели все дело в наездниках?
