— Чего вы здесь застряли, молодой человек? — позади меня раздался суровый, мужской голос.
— Ничего, просто...— обернулась я и моментально замерла.
Передо мной оказался не один из старшекурсников, не родственник случайного адепта, а сам ректор, собственной персоной. О нем я знала не понаслышке. Мужчина знаком с моими родителями, мы встречались на приемах и балах.
Тайлер Хаммерс был молод, имел богатый боевой опыт и обрел славу героя. Негаданно для себя превратился в предмет воздыхания девичьих сердец. Красивый, широкоплечий, смуглый брюнет из аристократического рода, с выдающимся интеллектом, и важно, с отличным жалованьем и непыльной должностью.
За секунду внутри меня разбушевался вихрь, забегали из стороны в сторону самооценка и паника, громко вопя: «Спалились, ректор пришел, прячь артефакты».
— А, точно, — нахмурился он, а мое сердце забилось в пятке левой ноги. — Александр Перл. Проверять уровень даров?
— Да, — промямлила я. — Оно самое.
— Не робей, — господин Хаммерс снова поморщился. — Не в Пресьенский же пришел. Идем со мной, я провожу куда нужно.
Мне ничего не оставалось делать, как последовать за высоким профессором. Пока шла, попутно изучала местность, восхищенно вздыхала и одновременно мрачнела, краем глаза отметив спортивный полигон. Конструкция была устрашающей.
— Мне не нравится, что ты опоздал, — бросил мужчина, упрямо шагая вперед. — Ко всем, кто будет выше тебя по положению, обращаешься со слова «господин». Заканчиваешь фразу «так точно». Усек?
— Так точно, господин, — приняла я урок.
Забитая страхом и гормонами голова позабыла про внутренние распорядки шмакадемии.
Зато лично я удостоверилась, что не причисляю себя к рядам поклонниц Тайлера. В светском обществе он очень обходительный, галантный, а здесь зыркает, как ворона на добычу.
— Видишь главное здание? — показал пальцем на лестницу ректор. — Туда тебе и нужно. Развернись и торопись. Вскоре начнется экзамен, пойдешь первым.
— Так точно, господин, — отрапортовала во второй раз, кивнула и побежала во всю прыть, чтобы не вызвать в главе учебного заведения новое недовольство.
Кажется, от Перл он не в восторге.
Распахнула дверь и впечаталась в чужую грудь. Я сама не жаловалась на рост, возвышаясь над подругами, но до кадетов еще расти и расти. Слава богам, что с братцем мы сантиметрик к сантиметрику, тютелька в тютельку подходим.
— Алекс-си-я, — зашипел Клайд, подхватывая меня за локоть и отводя к окну. — Ты, твою мать, кто?
Не узнавал. В иллюзиях в Аридийской академии магии мне не было равных. Я усердно тренировалась набрасывать на себя или на других волшебные картинки. Увеличила собственный резерв, благодаря долгим и нудным тренировкам, а с камнями-накопителями могла не бояться, что волшба нечаянным образом слетит.
— Сия я, Сия. — Ответила шепотом, проверив, что нас никто не подслушивает. — Перестань кричать, тебе сейчас без разницы должно быть.
— Вот дура, — в очередной раз оскорбил Бернинг. — Ладно, пусть твоим умственным здоровьем занимаются родители. Я за тобой и шел. Начал полагать, что кто-то из вас с Алексом струсит.
Я мрачно взглянула на парня.
— Идем, — закатил он глаза. — Уже начинается.
В приемной зале собралось с сотню новых абитуриентов. По объективным причинам меня нельзя к ним причислить, я перехожу, а не поступаю, но смотрелась я на фоне тестостероновых качков чересчур аляписто. И ниже, и худее, и тщедушнее, что ли.
Бакенбарды, прилепленные на подбородок, собранные волосы под париком не спасали положение. Я как неоперившийся юнец, малыш, когда вокруг истинные медведи.
Едва я шагнула, как все на меня обернулись, хмыкнули, перекинулись шуточками на мой счет.
Мда, жизнь в шмакадемии меня помотает. Неужели придется поработать над образом кропотливее? Ваять на себе бицепсы, трицепсы, и боги только знают, какие другие «ицепсы»? Превращаться в атлета в планы не входило. Тонкая талия, изящные запястья и длинная шея мне нравились.
— Александр Перл!
Старичок в очках выскочил из двери, назвав мое имя.
— Давай, я тебя подожду. — Сложил руки на плечах Клайд. — Я просил, чтобы меня назначили тебе в кураторы.
— Пожелай мне удачи, — слабо отозвалась, испытывая легкий стресс и шок.
— У нас так не говорят.
— А что говорят?
— Все живы, и это главное.
— Ой ли, — задрожала я, — если я себя выдам, ситуация может в корне измениться.
На это друг ответить не успел, меня снова окликнули, более настойчиво и со злостью в голосе.
— Александр Перл! — опять повторил пожилой мужчина.
— Я здесь, я сейчас, — пробиралась через толпу будущих боевиков. — Прошу меня извинить.
Где-то пригинаясь, где-то переступая и вдыхая побольше воздуха, я наконец-то достигла двери. Мы стояли, как шпротинки в масляной банке.
Заметила во взгляде вышедшего преподавателя недоумение. Тот явно полагал, что на третьекурсника я своими скромными формами не тяну, но не выдал очевидного мнения. В конце концов, судить нужно по содержанию, а не по обложке.