— Рада тебя познакомить с ректором Хаммерсом. Он будет обучать Александра.
— Здравствуйте...
— Зовите меня Тайлер, — представился мужчина. — Вне стен и не для кадетов ко мне можно по имени.
— О, вы очень добры, — мама вновь подала голос, не давая ответить мне самостоятельно.
Я отчаянно смущалась. Тяжело относиться к ректору, как к обычному мужчине, тем более что я видела его в стенах академии. А господин Хаммерс, тем временем внимательнее присматривался ко мне.
— Сегодня был свидетелем поступления вашего брата. Вы очень похожи.
— Он вас не разочаровал? — повернулся к нему отец. — Александр немного ветреный, творческий.
Мужчина оторвал свой взгляд от меня и обратил взор на Ричарда Перл.
— Не самые подходящие черты для кадета, но умелые преподаватели помогут подавить их, вытащить наружу храбрость, смелость, силу...
— Отлично, — краем рта улыбнулся папа. — Просто замечательно.
Я с трудом удержалась, чтобы не фыркнуть. По мне, этот подход был не самым верным, да и в битве за свои интересы брат оказался бы победителем. Он храбрый и смелый, но тогда, когда дела касаются его личных пристрастий. На битвы, войны, политику ему было плевать.
— Кстати, а где Алекс? — вскинулась матушка. — Он же был с тобой?
— Может, осознал, что болтать с ректором академии будет не очень прилично, — лгала я напропалую. — Ретировался...
— Мудро, — усмехнулся глава академии, перебив меня и освободив от поисков новых объяснений. — Где-то я его определенно недооцениваю, я тоже не люблю панибратства с адептами. Вы, Алисия, перевелись в Пресьенский?
— Да, — я заметно покривилась, выдав изрядную долю сарказма, чем вызвала у Шоны Перл нервную икоту. — Замечательное место для благородных девиц.
— Значит, будем часто встречаться, леди Перл, — Тайлер словно ничего не заметил. Вышел вперед, взял меня аккуратно за ладонь. — Прошу меня извинить, но мне необходимо засвидетельствовать свое почтение и другим гостям мероприятия. Я был очень рад знакомству. Очень...
Договорив, он коснулся губами моей руки, таким же способом попрощался и с мамой.
— Сия, — вздрогнула она, когда мужчина ушел на почтительное расстояние. — По-моему, ты ему понравилась. Будь лапушкой, не испорти о себе первое впечатление.
— Будь собой, детка, — папа тоже выдал совет.
К счастью, находится постоянно около родителей мне не пришлось. Я очень скоро присоединилась к кругу своих друзей, выискивая глазами Виктора. Мой куратор куда-то запропастился.
— Угадай кто? — почувствовала у себя на лице чужие ладони.
Не узнай я запах, голос, перевернула бы незнакомца через плечо.
— Уэллинг, — сняла его пальцы и развернулась. — Где ты пропадал?
— В академии, — он поморщился. — Прогуляемся? Не хочу слушать, как язвит Клайд, и как шепчутся твои подружки.
Я была того же мнения, но пообещала девчонкам, что подробности свидания расскажу в красках и с миллионом подробностей, благо блондин меня не слышал. Общался о чем-то с Полом Рейдом и спорил с Бернингом. Полагаю, ругались ребята из-за меня.
Несколько минут мы оба молчали, пока не пришли к небольшому озеру. На одном из берегов соорудили мостик, поставили лавки, сделали ограждения, чтобы случайные, невнимательные путники не свалились в воду. Никого рядом не было. Романтично...
— Присядем? — предложил мой провожатый.
— Давай, — согласилась я.
Меня снедали противоречивые чувства. В стенах академии Виктор безумно уверенный, злой, а со мной ведет себя хуже пятилетки. Но он смог объяснить свою нерешительность.
— Сия, — он вздохнул, смотря прямо мне в глаза, — не знаю как сказать. Мне известно, что с братом ты очень близка.
— И что? — заерзала я, ощущая, как загораются мои уши.
На воре горит шапка, а на отъявленном лжеце все части тела.
— Хотел объяснить на будущее, что меня назначили его куратором, — грустно признался он. — А во время обучения я требовательный. Мои оценки будут зависеть и от его успехов. Короче, дружба у нас с ним вряд ли выйдет, но я бы не хотел, чтобы это как-то влияло на наши с тобой... ммм... прогулки.
Он закончил свою мысль, остановился, замер, ожидая внятного ответа.
— Мне все равно, — высказалась я, совершенно не задумываясь, какую действительно реакцию испытываю.
Занятия-то не начались. Виктор мне нравился, и я вела себя не как достойный кадет ШМАКа.
— Отлично, — просиял юноша и вытянул руку, положив на мое плечо. — Я рад. Расскажи о себе. Что ты любишь? Чем увлекаешься? Я видел вашу команду на «боевых зарницах». Продолжите играть?
— Видел? — я зарделась.
Было одновременно приятно и стеснительно. Нет, нашими результатами я гордилась, но куда нам до боевиков.
— Видел, меня впечатлило, — по-моему, он был честен. — Жаль, что в Пресьенском нет ничего подобного. А Атарийская академия многое теряет, раз ты перевелась.
— Да, — поникла я, обожая спорт, азарт и опьяняющее ощущение победы. — А что в ШМАКе? Можете взять Алекса, — я рассмеялась, хотя крепко задумалась.
Чем демоны не шутят? Податься в ряды спортсменов?