— Почему бы и нет, — спокойствию Уэллинга можно было позавидовать.
Он развернулся корпусом ко мне, коснулся моей щеки, притянул и... поцеловал.
Оторопев настолько, что я не могла сопротивляться, ощутила чужие губы, дотронувшиеся до моих.
— Тебе хватит? — Виктор, наконец, оторвался и повернулся обратно к бывшей подружке.
— Какая же ты сволочь! — взвизгнула Ива. Она вся покраснела, озлобилась, а потом, не помня себя от ярости, хлестко ударила парня по щеке. — А ты, — ткнула в меня пальцем, — ходи и оборачивайся. Я просто так этого не оставлю.
— Какая стерва, — провожала ее взглядом.
— Еще какая, — подтвердил нахал, напомнив о себе.
Спесивых поклонниц рядом незаметно. Спасать от фанаток Виктора больше не требуется, оттого я с удовольствием повторила жест брюнетки.
— Ты не обнаглел часом?
Ударила и сразу же об этом пожалела. Теперь красивое лицо боевика напоминало маску с двумя отпечатанными ладонями на его щеках.
— Заслужил, — произнес Виктор.
Дотронулся до скулы, и с его руки полилось голубоватое свечение. Секунда, и от следов ничего не осталось.
Сначала мне стало стыдно, наверное, я погорячилась, но потом пришло осознание, что извинения должен приносить он. Я его выручила, а парень воспользовался своим положением.
Он, кажется, и сам почувствовал, что виноват.
— Прости, — взъерошил свою светлую челку, убирая пряди назад. — Сам не знаю, что на меня нашло. Я так много раз объяснял Иве, чтобы она отвалила.
— Да зачем ты с ней встречаться начал? — я искренне недоумевала. — Хуже человека я просто не знаю.
На мое заявление юноша предпочел не отвечать, чем вызвал невольное уважение. Поругались, позлословили, и хватит. В эти мгновения я вела себя некрасиво.
— Ладно, я больше не в обиде, — толкнула его в плечо, словно мы две подружки после ссоры из-за мальчиков. — Забудем об этом инциденте.
— Как об одуванчике? — нахально спросил он.
— А за это я могу дать и новую пощечину. И в глаз, и в челюсть.
Про остальные места не напоминала. Узнай мать, куда я бы целилась, она бы на полгода заперла дочь в комнате.
— Боевику? — рассмеялся он. — Я позволил это сделать тебе и Кей, потому что виноват, иначе ты бы уже лежала на диване, связанная по рукам и ногам магической сетью.
И ведь не лгал. Даже в Атарийской академии ходили слухи про его успехи.
Беседа между нами никак не клеилась, я вертела головой в поисках Инги. Остальные-то с танцпола явно уходить не собирались. Поймала подругу на том, как мило она щебечет с кем-то из ребят, сидящих у барной стойки.
Все с ней понятно, ее можно не ждать. К сожалению, неподалеку от нее заметила брюнетку, недавно покинувшую наш столик, а рядом с ней еще одного человека.
Боги, как голословно я обвиняла Виктора за его глупую связь с Ивой. Верно говорят, что в чужом глазу судишь за соринку, а в своем бревно может разрастаться. Ива что-то шептала на ухо Дэниэлу, теперь уже моему бывшему. И тот глядел прямо на меня.
— Виктор, — не отворачиваясь от зрелища, я потеребила плечо блондина. — Кажется, нашу легенду надо продлить.
— Ты о чем? — поморщился он и обернулся, тоже уставившись на Дженкса. — А, я понял. Я мигом.
Дважды просить и не потребовалось. Он кивнул парню и приобнял меня, усаживая обратно. Краем глаза я отметила, что бывший топает к нам.
— Да не дрожи ты так, — хмыкнул Уэллинг. — Второй поцелуй всегда лучше первого.
Одарив его гримасой ужаса и презрения, я молниеносно изменилась в лице, когда Дэниэл приблизился. Принялась изображать из себя влюбленную дурочку, гладила юношу по плечу и накручивала прядь волос на палец.
Здоровяк, и, кстати, такой же адепт шмакадемии, совершенно неприлично потревожил нас. Оперся обоими руками об стол, предварительно сложив их в кулаки.
— Значит, Ива не соврала. Ты действительно с этим... — мотнул он головой в сторону Виктора.
— Чего? — игра в дурочку мне нравилась. Не хочу расставаться с образом.
— Ты слышала, Сия. Мы из-за этого расстались? Ты променяла меня на более знатного? Никогда не думал, что ты форменная шлю...
Виктор не дал ему договорить, зато сразу поднялся, отбрасывая Дженкса от нас подальше.
— Если невтерпеж кого-то оскорбить, то выбери кого-то погабаритнее, — предложил он. — Или твоя храбрость распространяется лишь на девчонок?
— Ты не много на себя берешь? — в тон ему отвечал Дэниэл, закатывая рукава рубашки. — Ты в курсе, что я способен уложить тебя на лопатки.
— Да ну? Докажи, — лениво произнес Уэллинг. — Что-то не припомню ни одного спарринга, где бы ты вышел победителем.
Обстановка определенно накалялась. Постепенно к нам стягивались любопытные. Близко не подходили, но ловили каждое слово.
— Сия, детка, — Виктор воспринял мою просьбу буквально. Стянул с себя пиджак, поправил волосы и размял затекшую шею, — будь добра, подержи все и не вмешивайся.
Последнее он произнес с нажимом, намекая, чтобы я не вздумала лезть между ними.
А мне бы наоборот, разнять, успокоить нахохлившихся самцов, но я всегда отличалась умом и сообразительностью.