Когда с чаепитием было покончено, Ева помогла Густаву прибрать со стола, после чего пожелала всем доброй ночи и отправилась по лестнице на третий этаж. Они с Реном добрались до своей спальни, после чего Ева завалилась спать и, судя по тому, что Рен отключился, едва успев опуститься на диван, девушка заснула практически мгновенно.
* * *
Следующий день Ева и Рен, как и договаривались, провели в саду. К ним присоединился Давид и Ева весь день играла с мальчиком у пруда, пока Маргарита и Густав были заняты своими делами в городе. Однако приехали они не под вечер, как обычно, а гораздо раньше. В этот день их посетила та женщина с дочерью, о которых рассказывал Рен. Они убирались в доме и Еве с остальными пришлось подольше задержаться на улице, пока с уборкой не было покончено. Впрочем, Давид был только рад, постоянно завлекая Еву во все новые игры.
Когда солнце окрасило небо в оранжевые тона, Маргарита вышла в сад, но теперь в руках у нее не было подноса с напитками и закусками, какие она выносила несколько часов назад. На этот раз она пришла сообщить, что с уборкой покончено и чтобы ее дети отправлялись в дом, мыли руки и садились за стол, потому что сейчас они будут ужинать. Ева и Рен вернулись в столовую под радостные возгласы Давида и хихиканье Маргариты. Прислуга уже ушла и семья скоротала этот вечер за совместным ужином, после чего все разошлись по своим комнатам.
Следующие несколько дней для Евы и Рена прошли одинаково. Они читали различные книги в кабинете отца, надеясь найти хоть что-то, что помогло бы навести их на решение сложившейся ситуации с телами. Но в книгах не было ничего подобного. Рен предположил, что в Архивах Академии наверняка что-то отыщется, там книг было гораздо больше и на более широкие темы, чем коллекция отца в кабинете или в библиотеке поместья. К слову, Антон Левински за эти дни больше не появлялся в поместье и Рен как-то рассказал, что отца частенько не бывало дома по нескольку дней и что они с Маргаритой уже к этому привыкли.
Ева вздохнула и отложила очередную книгу на край стола. За окном висело пасмурное небо, не давая солнцу пропускать ни единого лучика, из-за чего на улице было гораздо темнее, чем обычно в это время суток. Ева и Рен уже давно зажгли настольную лампу, пока изучали книги и этот свет мягко опускался на ближайшее окружение. Девушка вздохнула, они с Реном уже несколько дней только и делали, что зарывались в книги с головой, но все безрезультатно. Ева в который раз потерла уставшие глаза, поднялась на ноги и заявила, что отправляется спать. Рен спорить не стал, только как-то разочарованно осмотрел книги, пока они с Евой раскладывали их на место. Ни одна из них не дала какую-либо информацию о подмене тел за исключением той, где говорилось о ритуале древних людей, но, как выяснили Рен и Ева, в настоящие дни такой ритуал провести невозможно в связи с тем, что уже не существует в природе нужных трав.
Ева прошла до комнаты Рена, к которой она уже сама привыкла за эти дни нахождения в поместье, при этом ее каркас издавал металлические звуки, когда девушка наступала не на ковер. Оказавшись в комнате, Ева прошла до кровати, привычно вытащила из шкафа пижаму и принялась снимать металлический «костыль» с ноги. Она задумчиво осмотрела бинты, когда с каркасом было покончено. Нога иногда чесалась, но девушка старалась не обращать на это внимания, хотя пару раз зуд был настолько назойливым, что Ева, ругаясь громким шепотом, пыталась через одежду хоть немного почесать кожу. Рен в такие моменты тайно радовался, что ему не приходится страдать от этого. Переодевшись, девушка отправилась спать, затащив в мир снов и хозяина тела.
Когда они проснулись на следующее утро, то обоих ждал неожиданный сюрприз. Ева и Рен успели позавтракать с Маргаритой и Густавом, а затем в дверь поместья громко постучали. Дворецкий направился глянуть, что за гости к ним пожаловали, в то время как Маргарита вытирала салфеткой губы Давида. Сегодня она надела красивое платье глубокого синего цвета.
— Утеночек, хватит вертеться, — приговаривала женщина, — Ты весь испачкался.
Через минуту вернулся Густав и сообщил, что Рена ожидает доктор. Как оказалось, седой маленький мужчина прибыл в поместье проверить состояние своего пациента. Маргарита оставила Давида на Густава, а сама вместе с Евой и невидимым для нее Реном направилась в главный зал, где дожидался их доктор. Как и ожидала Ева, он был одет в белый халат, а в руках держал кожаный прямоугольный портфель. Завидев Маргариту, доктор вежливо ей улыбнулся и кивнул.
— Доброе утро, — произнесла женщина и указала рукой в сторону двери, располагавшейся слева от нее, — Пройдемте сюда.
