Маргарита повела доктора и сына в сторону этой комнаты и первой вошла внутрь. Комната оказалась мини-гостиной, по размерам она была небольшая. Сюда влезли только два белых дивана, стоящих буквой Г, а также стеклянный низкий столик рядом с ними. У одной стены располагался камин с уютным креслом, а напротив двери обнаружилось окно, смотрящее прямо на ворота поместья. Маргарита указала доктору на один из диванов, а сама с Евой присела на другой. Рену пришлось занять место рядом с доктором.
— Густав сказал, что вы хотите осмотреть моего сына, — начала разговор Маргарита.
— Я просто хочу проверить, как продвигается его лечение, — ответил доктор, водрузив с разрешения женщины свой кожаный портфель на стеклянный столик, — Вполне возможно, что сегодня будут сняты бинты.
Доктор попросил Еву пересесть к нему на диван и вытянуть забинтованную ногу вдоль сидения. Девушка сделала, как он говорил, при этом Рену пришлось покинуть свое место. Парень обошел столик и присел рядом с Маргаритой, неотрывно наблюдающей за мужчиной в халате. Тот не спеша снял с ноги Евы каркас, сложил его и отставил на столик, после чего принялся аккуратно осматривать ногу, прежде чем приступить непосредственно к бинтам. Убирал их седой доктор очень аккуратно и долго, но когда с ними было покончено, он вытащил из портфеля непонятный для Евы прибор и принялся водить им по ноге. В центр прибора была вделана узкая колба с какой-то жидкостью, которая убывала по мере того, как доктор водил им по ноге Евы. Продолжалось это несколько минут и никто из присутствующих не нарушил тишину. Доктор вскоре убрал прибор и осматривал ногу уже по-старинке, прощупывая кожу пальцами. Ева заметила, что в этот раз он уже не обращался с ногой так осторожно, как раньше, а даже надавливал сильнее. Еще через нескольких манипуляций с ногой, о которых Ева даже не представляла, доктор наконец перестал ее мучить и выпрямился на диване. Ева и Маргарита терпеливо ждали рассказа доктора о результатах осмотра. И тот не стал с этим тянуть.
— Должен сообщить, что с ногой вашего сына все в порядке, — произнес мужчина, убирая приборы обратно в портфель, — Магия и лечебные бинты, а также несколько дней покоя сделали свое дело и ваш сын может снова ходить без фиксирующего каркаса.
— Котеночек, как здорово! — радостно воскликнула Маргарита и схватила Еву за руку.
— Значит, я теперь могу спокойно ходить? — переспросила удивленная Ева. Ей никак не умещался в голову тот факт, что теперь можно не цеплять к ноге каждое утро «костыль».
— Можно и бегать, — невозмутимо добавил доктор, — Ваша нога полностью здорова, молодой человек.
С этими словами седой мужчина поднялся, забрал свой портфель и, поклонившись, покинул комнату. Маргарита ободряюще улыбнулась своему сыну и вышла проводить доктора. Ева осталась в комнате одна, если не считать Рена.
— Наконец-то можно не носить каркас, — с облегчением вздохнул он.
— Как будто это ты его носил, — фыркнула девушка, но парень просто пожал плечами. Ева вспомнила слова доктора и спросила, правда ли ногу Рена лечили с помощью магии, на что парень кивнул и добавил, что после этого ему на ногу замотали лечебные бинты для закрепления результата.
— И не зря, как оказалось, — добавил он и постучал пальцем по все еще вытянутой на диване ноге своего тела, — Но я не думал, что заживление пройдет так быстро.
— Я тоже, — призналась Ева, опуская ногу и поправляя штанину. Теперь им осталось только подождать ответа от Директора и если Рена не исключат из Академии, то первым делом им следует наведаться в ее Архивы и поискать похожие случаи по обмену тел.
— Кстати, а ты молодец, — внезапно произнес Рен и Ева удивленно на него посмотрела, — За эти дни в поместье никто даже не понял, что перед ними не я.
— Вполне возможно, списывали все на амнезию, — пожала плечами Ева, — К тому же, ты сам иногда подсказывал мне, как себя вести.
Рен кивнул. Они с Евой неплохо наловчились в этом деле. Главное, не войти во вкус, а то еще расхотят возвращаться в собственные тела. Парень украдкой посмотрел на свое тело, когда Ева поднялась с дивана и потянулась, после чего сделала осторожный шаг вперед, хотя доктор говорил, что нога полностью зажила. Рен в любом случае будет стремиться вернуться назад в свое тело, но могла ли Ева похвастаться тем же? Помимо болезни, она еще рассказывала о том, что в этом мире совершенно одна. Точнее, напрямую девушка этого не говорила, но из ее рассказа явно выходило то, что никто не будет по ней скучать, если она вдруг пропадет. Будь Рен на ее месте, он бы тогда точно не хотел бы возвращаться назад и просто принял бы новую, лучшую жизнь аристократа, учащегося в Академии. Парень, продолжая размышлять об этом, поднялся с дивана и вслед за Евой вышел из комнаты.
ГЛАВА 5
