Подойти ближе им уже не удалось. Музыка стихла, но и без этого все поглядывали на большой круглый циферблат, с нетерпением следя за движением минутной стрелки: девять, потом десять и вот… Заголосили трубы. Распахнулись двери. Один за другим появились члены имперской семьи.
Элина встала на носочки, лишь бы разглядеть лучше. Ей никогда не доводилось видеть ни королей, ни президентов, поэтому сравнивать не с чем. Но она подумала, что встреть их на улице, столкнись ненароком, точно бы поняла – какие-то важные особы. И не было в том вины богатых нарядов в золоте и рубинах, в серебре и сапфирах. Выдавали едва заметные жесты: наклоны голов, взгляды, манеры будто из пыльных книжек. Самым первым шёл Император под руку с Императрицей, за ними родители, дети и внуки.
– Вот почему многие недовольны Императором? Он точно из тех, кто прислушивается к чужим советам, – зашептала Элина Севериану на ухо.
– Вы удивительно проницательны, – его губы, наконец-то, тронула настоящая улыбка. – Многие говорят, что это самый мягкотелый правитель за всё тысячелетие. В основном из-за того, что всюду следует за прародительницей.
Когда вся семья поднялась на сцену, атмосфера в зале поменялась – смиренно ждали первого слова. Оно не заставило себя ждать, Император вышел вперёд и, оглядев лица в толпе, заговорил громко и чётко.
– Да прибудут с вами Боги, да не встанет чернота на пути. Спасибо, спасибо за ваше радушие, – аплодисменты стихли. – Для нашей семьи это первый визит в Академию зеркал. Несмотря на сложившиеся трудности, мы с радостью приняли приглашение дорогой директрисы и надеемся встретить праздник с тем же задором, что и вы. Прошедшие Осенины сложили неприятную ситуацию, тема эта уже обсуждалась, но мне хотелось бы добавить всего пару напутствий: внимательно следите за тем, что происходит вокруг и прислушивайтесь к другим.
Выдержав паузу и дав ученикам скорчить гримасы: «не нужны нам уроки, хотим веселья», продолжил:
– Новый год обычно встречают с прощания со старым: в первую очередь вспоминают хорошее, свои удачи и подвиги. Позвольте же тоже соблюсти сию традицию. Прежде, мне доводилось говорить лишь о состоянии нашей страны, наших земель, теперь же я был награждён ещё более важной ролью – поведать о достижениях учащихся. Пройдёт всего несколько лет, и вы поведёте нас за собой, станете новыми мастерами, начнёте век будущего. Есть несколько имён, которые мне лично хотелось бы выделить…
Позади императора засуетились люди. Элина заметила Яну Никитичну, с гордостью протиравшую золотистую статуэтку, Севира, проверяющего серебристые тиары, и поняла, что ждало их награждение особо отличившихся. Интересно, какие критерии? Ум и научные достижения? Или уверенность и сила? А может творчество и школьная активность? Впрочем, чего гадать, ей-то точно ничего не светит.
Объявили где-то человек десять. Из них, знакомыми были трое: Аделина – сам Император помнил её, и должность в Канцелярии не казалась такой призрачной; Аврелий – очевидно за театральные заслуги, к тому же Севериан шепнул, что тот прошёл в Театральное сообщество и все ждут от него шедевров; а ещё Кассиан – то ли за участие во всём чём можно, то ли за пресловутый ресторанный бизнес. Удивительно, с какими людьми Элина умудрилась подружиться.
– Подходит полночь. Осталась последняя минута. Сегодняшний день знаменует победу добра над злом, победу жизни над смертью. Самая длинная ночь пройдёт, и неумолимо наступит рассвет. Зиму сменит весна, а за нею лето. В этот день состоялась решающая битва, в которой Морена пала, не успев до конца изломать мирозданье. Так давайте же встретим его достойно!
Сотни ярких светлячков, похожих на бенгальские огни без палочек, взмыли вверх под самый потолок. Затрезвонил колокол, и все хором начали обратный отсчёт.
Элина провожала с таким трудом зажжённый огонёк, но видела в нём некий добрый знак. Отпуская прошлое, иди вперёд.
Она подхватила радостные крики, желая раствориться в толпе, стать её частью.
Вгляделась в лица. Мысли разлетелись. На своём ли она месте? Тянуло ли её сюда к ним всё это время?
Севериан смотрел пристально, смотрел странно – с надеждой и чем-то большим. Страхом ли? Предвкушением? Поймав улыбку, он потянулся ближе и снял с неё маску.
– Ура! – троекратно разнеслось по всему залу.
И вместе с этим треснули зеркала.
Глава 20.
«Мир на костях»
История повторялась. Какое-то проклятье, не иначе.
Окна лопнули, осыпая осколками и впиваясь в кожу стоявших рядом. В пустых теперь проёмах сгущалась настоящая всепоглощающая тьма, не видно ни улицы, ни луны. Узнать их не составило труда – Тени. Они клубились снаружи и с любопытством заглядывали внутрь, ища первых жертв. Единственное, что пока сдерживало – свет. Но хуже было другое: возглавлял полчище мальчишка в белом, что рябь на воде, выделявшийся.
Мороз.
Только не он. Только не снова!
Паника нарастала. Не забылись ещё Осенины, и ученики сбились вместе, ища куда бежать. Только выхода не было. Разрасталась чума.
