– Уверена! – ответ вдруг сам пришёл на ум, и она сыграла его же картами. – Я, кажется, всё поняла. Точно. Ты ревнуешь!
Сказано это было в шутливой форме, непринуждённо и невинно, без всякой надежды попасть в точку. Только Севериан не улыбнулся, не оценил и намеренно мучил молчанием – лишь острым взглядом прошёлся так, словно желал вспороть кожу.
– Ладно, ладно. Шуток не понимаешь, что ли? – сдалась Элина, стараясь как можно скорее уйти от щекотливой темы.
Прежде чем удалось бы замять ситуацию, тщательно сделать вид, что ничего такого сказано не было, от толпы отделилась высокая фигура и стремительным шагом приблизилась к ним двоим.
Этого только не хватало.
– Приятного вечера. Значит, это Вас избрал мой сын в качестве спутницы? Жаль, сам не решился представить, в таких делах он как всегда нерешителен. Позвольте представиться, Назар Игнатьевич Доманский, глава рода Чернобога.
– Элина Левицкая. Приятно познакомиться, – пропищала в ответ, задумавшись, не стоило ли подать ладонь, как в тех фильмах.
Стоявший перед нею мужчина вызывал два противоречивых желания: бить или бежать. Он был высок и статен, морщины на скуластом лице только добавляли мудрости, а седые волосы зализаны назад. Яблоко от яблони. Будто под копирку сделаны, вот только… Может из-за того, что с Северианом связывало многое, что общались так близко, Элина видела на сколько на самом деле разные. Взгляд Назара Игнатьевича был
– Сейчас начнётся церемония. Нам нужно идти.
– Я не разрешал тебе подавать голос, – осадил, едва сдерживая себя, рука его дёрнулась, но он глубоко вздохнул и продолжил в том же духе. – Прошу прощения. Сегодня мой наследник потерял всякий контроль. Придётся вспоминать старые уроки и исправлять его недостойное поведение.
– Хватит этого спектакля.
Севериан стоял весь напряжённый. Рука оказалась у неё на плече, притягивая к себе ближе и ближе, не давая и пошевелиться. Пусть и хотел казаться скалой, недвижимой силой – её не обманешь. Чужая ладонь дрожала, мокрая и ледяная.
– Как же? Неужели мне стоит пустить на самотёк то, как один безмозглый мальчишка решил вдруг потакать своим чувствам и нарушил таким трудом заключённый союз! – Назар Игнатьевич вновь сделал глубокий вдох и снизил тон. – В твоих интересах извиниться перед Бельскими. Сейчас же. Можешь сколько угодно иметь пассий, крутить романы, но только после свадьбы. Не для того я надрывался, чтобы ты одной выходкой всё испортил, – и добавил, окинув Элину с ног до головы честным взглядом. – Но выбирай кого-то соответствующего нашему статусу… И в кого у тебя такой странный вкус?
Конечно, всё должно было кончиться этим! Элине не привыкать выслушивать «лестные» эпитеты, да только редко кто решался вот так в лоб сказать: «в твоём случае стандарты красоты плачут в сторонке». Ей бы рот открыть, отстоять себя, но один лишь презрительный взгляд заставлял поджилки трястись, возвращал в далекое детство. Им лучше поскорее спрятаться.
Только Севериан думал иначе и, напротив, поднял восстание, не заботясь о потерях.
– Нет. Просто нет, не буду я этого делать, не буду больше слушаться тебя. Мне не нужна эта свадьба, мне не нравится Лилиана, не нравится быть наследником великого рода. Плевать мне, что ты думаешь: раз глава рода, значит, все должны поступать по-твоему, не задавать вопросов и служить «во благо». Не поэтому ли Евсей сбежал? Не кажется, что методы твои нерабочие? Мы лучше умрём, чем повторим твой путь.
Назар Игнатьевич дёрнулся с ясным намерением отвесить хлесткую пощёчину, проверенным способом заставить замолчать. Элина, едва ли задумавшись, загородила собой Севериана и уставилась с глупым вызовом, мол, давайте, попробуйте. Пусть ноги подкашивались, а в горле пересохло, она ни за что не позволила бы повториться тем ужасным ранам на чужой спине.
Назар Игнатьевич глядел на неё не иначе как на букашку под микроскопом, а затем и вовсе рассмеялся. Однако же отступил и напоследок злорадно предрёк:
– Посмотрим, каким будет завтра. Кто посидит на цепи, а кто получит награду?
Элина следила за ним до тех пор, пока окончательно не скрылся в толпе. Она будто с отцом повидалась – те же эмоции, тот же страх, те же слова и мысли. Только вот гнев направлен был не на неё. Чего хотел добиться?
«Почему сразу вдоль не резала?! От тебя одни проблемы!» – набатом пронеслись в голове слова.
Да, им бы поскорее избавиться от них – детей, не оправдавших ожидания. Главной проблемы в их жизнях.
– Я бы и сам справился, не надо было меня защищать, – привлёк её внимание тихий голос.
Элина обернулась и успела поймать частичку настоящего: затравленный взгляд в никуда и нервную дрожь, будто ему стало холодно.
– Мелочь, любой бы так поступил, – отмахнулась.
Севериан хмыкнул и мотнул головой в сторону сцены.
– Теперь точно пора спешить.
