Элина закрыла глаза и выпила одну, а затем и вторую следом – лишь бы быстрее и бездумнее. Сначала напиток показался ужасно горячим, даже выступили слёзы, но так же резко рот вдруг онемел, как после анестезии. Послевкусие ударило горечью, да такой что щёки сводило. Но в целом…
Ничего ужасного?
– Не ведись, – Каллист щёлкнул по лбу, – я тоже сначала думал пустяк, а потом!..
– Зануда такой, да?
Измагард закинул руку ему на плечо и сдвинул с места, давая Элине немного пространства, чтобы вздохнуть свободно.
– Пойдём…
Наблюдая за их отдаляющимися фигурами, она только рассмеялась. Невыносимы. Но без них её бы здесь не было, и план по переменам никогда не воплотился в жизнь. Хотя может это и не плюс вовсе?
Намереваясь пойти следом, Элина вдруг пошатнулась. Тело сделалось удивительно лёгким, так что казалось не ходит теперь, а парит над землёй. А Каллист-то прав оказался. Всё приходило постепенно. Если бы Элина не знала – точно запаниковала бы. Ей стало удивительно хорошо. Подхватила самую настоящую эйфорию: беззаботную и игривую. Хотелось глупо смеяться, улыбаться и нести одно добро. Не вспоминать никогда боль, не думать больше никогда и ни о чём.
Рай.
В какой-то момент она нашла себя на танцполе. Музыка била по ушам так, что кажется и сердце вот-вот остановится, сбившись с ритма уже не в первый раз. Наверно, Элина выглядела смешно и убого, неумело подёргиваясь и надеясь выдать это за танец, подпевая, хотя едва ли знала половину слов… Но другие сейчас совсем не волновали, не волновало ни их мнение о ней, ни грубости и насмешки.
Она свободна. Хотя бы на один этот вечер. На одну ночь, когда Золушка с первыми лучами солнца превратится обратно в тыкву.
Неизвестно сколько времени прошло так. Мгновение или вечность.
– Эля!
Как сквозь мутную воду углядела она Демьяна, стремительно приближающегося и чем-то открыто взволнованного. В такой гуще музыки и событий невозможно было говорить и слышать, если только не уткнуться друг в друга, вжаться близко и кричать на ухо. Сначала он попытался что-то показать жестами, но Элина замотала головой в ответ – игра в крокодила не сработала. Тогда тот ухватил её за руку и повёл в противоположный конец комнаты: к тишине и спокойствию.
– Что-то случилось? – спросила первой, когда смогла вновь слышать собственный голос. – На тебе лица нет.
– Неважно, – просто отмахнулся. За искреннюю её заботу было обидно, но Элина надеялась, что эффект Щепок чуточку скрасит плохие эмоции, и до того легко читаемые.
Впрочем, кому сейчас есть до неё дело?
Демьян всё вёл и вёл куда-то, пока не нашёл того, кого с таким усилием искал. Севериана. Да что же это такое! Когда успели спеться? Почему все дороги ведут давно не в Рим, а к нему? Она подумывала спрыгнуть с этого корабля и не попадаться на глаза, но победило другое: «И чего я боюсь? Как будто не услышала за сегодня все его плохие мысли. Как будто не поняла, что ненавидит. Дальше падать просто некуда».
– Вот ты где! Стоишь, смотрю, прохлаждаешься! – Дёма был зол. Очень. Он отпустил Элину и уже двумя руками дёрнул Севериана к себе за воротник. – Вот значит, чего стоят твои обещания? И после ты смеешь что-то
Севериан от такого отношения растерялся. Было видно, как крутились и скрипели шестерёнки в голове. Но стоило взглянуть на Элину, и всё, кажется, встало на места. Толкнув в ответ, он стиснул зубы, буквально выцеживая каждое слово.
– Я ей не нянька!
Они что драться собрались? Совсем с ума сошли?
Только сейчас дошло, что возможно она и есть причина их ссоры. Сегодняшний день явно нереален, какой-то сюрреалистичный сон. Заталкивая поглубже горечь, злость и сожаления, Элина протиснулась между ними, схватила за руки и каждому заглянула в глаза. Понадеялась, что чётко показывает осуждение.
– Мальчики! Давайте только без этого!
Севериан закатил глаза и тут же вырвался из её хватки. Намеревался уже уйти, но, не сдержавшись, ядовито бросил напоследок:
– Зачем мне твоё одобрение, а? Ты сам ничем не лучше, первым не держишь слово.
И только затем излишне быстро скрылся, оставляя Элину с одним главным вопросом: «Что это вообще было?»
Демьян так и не успокоился: дышал шумно и тяжело, никак не мог разжать кулаков. В этот момент казался ей настоящим монолитом, нерушимой скалой, весь собранный, опасный и грозный. Но не для неё.
– Расскажешь?
Тот отмахнулся опять, даже не смотря. Прислонился к стене и запрокинул голову, кадык дёргался нервно. Может, ему надо время прийти в себя. Только вот любопытство уже обглодало её до костей и едва ли помогло отыскать терпение.
– Это ведь меня касается, да? Только из-за чего так злиться-то?
– Я попросил его приглядеть за тобой.
Это был очевидно самый плохой кандидат из всех. Севериан прав, нянек ей не нужно, но… Почему-то его грубость и слова тяжёлым камнем легли на сердце. Лучше и вовсе не замечать этого.
