– Одним больше, одним меньше, – отмахнулся. – Разве есть разница сейчас пролита кровь или через час их расщепит? Души лишними не будут. Мало ли чего ещё захочет Отец…
Не успел Мороз вдоволь насмеяться и насладиться своим превосходством, как в него прилетела светящая стрела. Попав прямо в грудь, она оставила дыру, шипящую и ширящуюся.
– Ах, вы решили со мной поиграть! – разозлился, призывая посох. – Так давайте поиграем!
Обернувшись, Элина не знала, радоваться или бояться. За спиной показались братья Зарницкие, необычайно собранные и серьёзные.
– Этот ещё нас пугать будет?!
Меркуций держал ладони вытянутыми, словно готовился применить какой-нибудь боевой приём. Астерий же создал над ними двумя барьер, не сводя взгляда с нечистого. Когда надо, оба легко забывали о вражде и действовали сообща, становились единым целым.
– Мы не можем уйти из храма, – прошептала Элина. – Но победить его?..
– Стоит хотя бы попытаться, – отринул всякие сомнения Севериан, тоже вступая в бой.
Заскрежетал металл, запылали искры. В полной неразберихе Мороз тем не менее легко обходил атаки и больше не попадался на колкие стрелы. Что странно, сам никого не стремился ранить. Элина знала, когда он серьёзен, когда страшен и опасен. Но сейчас что-то было не так. Что?
*
Это казалось единственным верным шансом. Им нужно было остановить Далемира, не дать разрушить и без того расходящийся по швам мир.
– Если верить Морозу, он затаился в Стеклянной башне.
Элина хотела верить, что им под силу одолеть его. Может, избавившись от живого тела, он потерял и энергии. А может, наоборот, стал ближе к дыханию жизни. Скоро предстоит узнать.
У самого крылечка учебного корпуса они заметили нервно оглядывающегося Демьяна. Не успели подойти, как он сам побежал им на встречу и быстро поравнялся.
– Куда вы? – спросил у всех, но глазами впился в Элину.
– В Стеклянную башню.
Только ответ похоже совсем ему не понравился. Схватив Элину за руку, Демьян потащил её прочь, буквально в обратную сторону.
– Дёма, эй! Что ты делаешь? Нам ведь!..
Она даже не думала вырываться, просто оглядывалась назад, посылая такие же недоумённые взгляды ребятам. Севериан махнул остальным, чтобы не смели без них идти и ждали, а сам поспешил на «подмогу».
– Дёма! Ты можешь просто объяснить? Мы и так потеряли кучу времени, и, если ничего не сделаем!..
Элина врезалась в его спину. Демьян остановился. Они почти дошли до площади. Снежная дорожка была утоптана сотней сапог, ведь где-то там впереди разрасталась паника, и учителя решали, как им поступить.
Догадывались ли они, что
– Я тебя не пущу.
– Что?
– Ты не пойдёшь туда. Только через мой труп.
Демьян повернулся. Напряжённый, словно готовящийся к броску, к атаке, и… по-настоящему взрослый. Тяжёлый взгляд, которым одарил её, выражал столь многое, гремучую смесь противоречий – казалось невозможным отделить одно от другого. Никогда ещё не видела его таким. Опустошённым. Отчаянным. Держащимся на грани. И это всё её вина? Но почему?
Элина постаралась отбросить сомнения и убедить в своей излюбленной манере:
– Но мы ведь давно решили. Столько раз болтали, что будем делать и как. Этот раз такой же. Без меня там не справятся.
Демьян стиснул зубы и, схватив за плечи, встряхнул. Легко было поверить его злости, ненависти, но Элина уловила знакомый отблеск паники.
– Тебе нельзя туда! Как не поймёшь?..
– Да что такого страшного должно случиться?
– Я столько сделал! Стольким пожертвовал! Всем будущим. Почему же этот проклятый Стеклянный зал всё ещё не рухнул? Я знал, надо было взорвать его! Знал! Чтобы никто, чтобы никогда! Тогда ты ни за что не смогла бы!..
Элина резко обхватила его щёки, нездорово пылающие совсем не от холода, и заставила поднять голову. Предчувствие скрутило внутренности. Заметила, как ближе подошёл Севериан, молча наблюдающий, но в любой момент готовый вмешаться.
– Дёма…
– Ты не видела то, что видел я! Мне было четырнадцать, когда Дар пришёл! Когда я месяц валялся во сне, и жил другую жизнь – целый год! Моим первым видением была ты.
Захотелось рассмеяться, воскликнуть: «Какая хорошая шутка, неуместная, но хорошая!», а затем просто уйти и забыть. Вот только он не шутил.
– Помнишь, как ты впервые заговорила со мной? Там, возле стадиона, искала библиотеку. Я не должен был уходить. В том будущем мы пошли вместе, мы болтали и смеялись, а потом я отвёл тебя в Лю Шант. Ты больше никогда не была одна. Вы с Каллистом стали лучшими друзьями, не отлипали друг от друга часами, и даже я начинал ревновать! Терций задаривал подарками и, если мог бы, носил на руках как