— Ничего, — ответила вместо нас Сабина. — Сок, и хватит с них.
Куффен развёл руками, извиняясь без слов. Грустный Адриан грустно вздохнул, прежде чем сесть за свободный столик. Я похлопала парня по плечу.
— Придёшь вечером — я тебе все оставшиеся за день пироги отдам, — пообещала я.
Адриан заметно повеселел. Стащив маску, он подмигнул мне, максимально обаятельно улыбнувшись.
— Эта мысль заставляет моё сердце трепетать, кошечка.
Я хмыкнула. Ну-ну. Давненько он меня так не называл.
— Держите себя в руках, месье, — сказала я, садясь за стол. — Кажется, у вас проклёвывается кошачий хвост. Неловко будет, если это заметят.
Лука принёс нам сельдереевый сок, — что Сабина вообще задумала, скажите-ка мне? — и целый рыбный киш размером с голову для себя. Куффен хотел было уйти в сторонку, чтобы схавать свой обед в одиночестве, но мы с Адрианом не дали ему покинуть нашу компанию.
— Садись, садись, — сказал Агрест, улыбаясь, словно маньяк перед расчленением жертвы. — Кушай. Пирог вкусный наверняка, да?..
— Не обращай внимание на него, — я закатила глаза, но при этом подавила порыв пнуть Адриана под столом; на Агресте сегодня были слишком светлые джинсы, чтобы я рисковала ими. — Никто не обязан заставлять тебя есть или НЕ есть.
Два взгляда сошлись на мне. Ещё я почувствовала насмешливое недоумение из рюкзака Адриана и недовольство от своей почтальонки. Вот для комбо нам ещё Сасса не хватало!
— Ну что вы на меня уставились, — проворчала я, хватая стакан с соком. — Таких красивых и умных девушек, что ли, не видели ни разу?
Адриан фыркнул. Лука хохотнул и принялся за пирог. Парень выглядел уставшим: как Куффен жаловался мне по СМС, он всё никак не мог привыкнуть к тому, что начал работать. Я его успокаивала: мне обычно хватало двух недель, чтобы тело привыкло к новому уровню физнагрузки и расписанию. Так что Луке стоило только потерпеть. Время — лучший лекарь и помощник.
Вообще, он же был на два с лишним года старше меня. Я так и не смогла вызнать, когда у Куффена день рождения, — он его не праздновал по каким-то личным причинам, — даже Роуз не помогла. У Джулеки я ничего не спрашивала: несмотря на все уверения Лавьян в том, что Джул на меня абсолютно пофигу, я не рисковала лишний раз трогать девочку-гота с её загонами. Подойдёт сама — окей, а до этого я напуганный подросток, на которого один раз набузили ни за что.
Короче, пока Джулека не была мне нужна для чего-либо — смысл поддерживать с ней отношения? Вот потом, если будет надо, можно и мосты наводить… а пока — вежливая дистанция, хе-хе.
Это ещё и энергию сбережёт. Ментальное топливо не тратится, если ты ни с кем не контактируешь. Отличный план, Маринетт. Спасибо, Маринетт!
Но вообще, про «ни с кем» — это уже явно не про меня. Как-то я в этом мире обросла связями, которые рисковали остаться со мной и после коллежа. Адриан, Алья, Нино, Хлоя, Лука, Роуз вот теперь тоже… Мне на самом деле хотелось думать, что хотя бы половина из этого состава сохранится после нашего восемнадцатилетия, не став тем, что в книгах иногда называют «слабыми связями».
Ну, допустим, Роуз и Нино я могла бы отпустить более или менее спокойно; по Ляифу скучала бы больше, чем по Лавьян, но оно и понятно. Алья… это будет потерянный кусочек сердца, не меньше. Лука? Не знаю. Он только вошёл в мою жизнь, хотя успел уже зацепиться за душу стальными коготками. Адриан…
Кажется, я попала в ловушку, которую установила себе сама. Хорошее отношение к персонажу переросло во что-то другое, более глубокое. Агрест оказался лучше, чем просто милый мальчик из мультика; он был живым светловолосым засранцем с отвратительным чувством йумора{?}[не ошибка], откормленными ментальными паразитами и тяжёлой жизненной ситуацией.
Я так хотела ему помочь, что привязалась. Как корги, который случайно вырвал поводок на прогулке, а потом заметил это, взял шлейку в зубы и вернул хозяину прямо в руку. Мда… надо бы дистанцироваться от Агреста: никогда ещё подобное «прорастание» в человека не приносило мне ничего хорошего. Предатели, вокруг одни предатели, ха.
Ладно, убирая душевные метания и панику перед будущим: кажется ли мне моё собственное отношение к Адриану излишним? Ну… может быть, немного. Но я, вроде бы, не превращаюсь в канонную Маринетт, несмотря на то, что на моей пробковой доске кученная куча наших с Агрестом фоток плюс его расписание.
— О чём задумалась? — спросил объект моей мучительной рефлексии.
Я прямо слышала неодобрение Тикки. Наверняка квами сказала бы, что я опять загоняюсь без причины. И была бы права.
Адриан положил ладонь поверх моего кулака, заставив меня неприятно удивиться: лапищи у моего Агреста оказались огромные. Пальцы — тонкие, музыкальные, с красивым ровным ногтем. Наманикюренные, аккуратные, что хоть плачь.
Я перевернула руку, сцепила наши ладони и переплела пальцы. Улыбнулась.
