Вещи, надетые на Ледибаг в момент обратного перехода, пропадали; вот был бы номер, если бы я в своих маринеттовских шмотках оказалась бы ещё и в жёлтом худи, и в штанах, которые легко растягиваются. Зато потом, когда ты возвращаешься в форму супергероя, вещи снова на тебе. Так же, как и костюм. Вот и получается, что приходится раздеваться, чтобы стащить супергеройский аутфит, чтобы потом снова одеться в гражданский лук.
Закончив свои игры с переодеванием, я вывалилась из кабинки, сверкая голливудской улыбкой. Отделавшись от фанатов парой автографов, я быстро поскакала обратно к Хлое.
Буржуа никуда не ушла из-под раскидистых джунглей, зато нашла где-то скамью. Судя по следам на плитке, Хлоя тащила нам сидение сама, без всякой помощи.
— Я вернулась.
— Отлично. Нехрен заставлять меня скучать.
Улыбку у меня сдержать не удалось.
— В самом деле. О чём хочешь поговорить?
— Любая тема? — подняла брови Хлоя.
Я кивнула.
— Абсолютно.
— Оке-е-ей… во-первых: что за фигня? Почему опять хвостики?
Я потрогала причёску. Ну да, хвостики вернулись. Зато на правом было не три, а две ленты; та, которую я подарила Буржуа, так у девушки и осталась.
— Видимо, причёска не сохранилась, — расстроено констатировала я.
— Лохушка, — в третий раз припечатала Хлоя. — Ладно, если что, потом ещё раз тебя обкорнаем, мой стилист всегда в твоём распоряжении.
Я хмыкнула. Ну-ну.
— Ещё вопросы?
— Конее-ечно… Расскажи, что ты чувствуешь, когда тебя все любят.
Вздохнув, я села рядом с девушкой и погладила ту по спине. Хлоя, сначала было вздрогнувшая из-за вмешательства в её личное пространство, довольно быстро взяла себя в руки и посмотрела прямо на меня.
— Есть интересное разделение симпатии, — сказала я. — Десяти процентам ты всегда нравишься. Ещё десяти ты отвратителен, что бы ни делал.
— Остальные восемьдесят?
— Плевать на тебя хотели, пчёлка.
Она захихикала.
День с Хлоей слегка привёл меня в чувство и помог перестроиться на новые рельсы. Как говорится, если жизнь дала вам лимоны, то самое время начать готовить лимонад.
К тому же, в природе лимонов не существовало, пока человек не вмешался; жёлтые кислые фрукты появились после скрещивания апельсина и цитрона.
Если переводить с философского на обычный: человек сам создатель своих проблем. В том числе и если мы говорим про настроение.
====== Бытовые мелочи ======
Комментарий к Бытовые мелочи Алоха.
Во имя Ахимсы автор смотрит Нью-Йоркский спешл. Слава тебе, автор. Машем платочками, веерами, ладошками, чем угодно, чтобы депрессия от мультсериала вылетела в форточку.
Михаллна, ещё раз спасибо за возможность поныть. Это бесценно.
.
Далее. Спешл Нью-Йорка не так уж насыщен событиями, плюс по канону детишки путешествуют неделю. У меня – три недели. Понимаете, что разница во времени, да? Так что вопрос: будет ли вам интересно почитать про неканонную акуму (или просто злодея, я пока не разобралась).
.
Приятного чтения.
Судя по довольной моське Альи во время видеозвонков, Сезер отлично проводила время на родине. Нино тоже радовал: присылал в общий чат бесконечные фотки с пустынными пейзажами, улицами, что занесены всё тем же песком, с невероятно красивой архитектурой. Я немного по-другому себе Марокко представляла, ну да ладно.
Я тоже не отставала: Алью порадовала фоткой Ледибаг с короткими волосами в хорошем качестве, Нино получил от меня несколько фоток недавно открывшихся клубов и одного жирафа — Ляиф, оказывается, питал слабость к длинношеим зверям.
Мне жирафы всегда напоминали диплодоков{?}[Динозавр с длинной шеей.], так что я, оказывается, тоже. Я вообще любила всяких реликтов.
С Адрианом мы словно обменивались письмами. Я написывала парню ежедневно, фотографировала всё подряд, делилась впечатлениями от просмотренных в одиночестве фильмов. Агрест радовал одним сообщением, но каким! В него он умудрялся впихнуть всё и даже немного сверху: не только отвечал на мои новости, но и добавлял своих.
Судя по сообщениям, отдохнуть Адриану было некогда. В Италии были недели моды, причём в каждом городе они начинались и заканчивались независимо друг от друга. Габриэль, видимо, решил посетить каждую, хотя бы по паре дней. Так что Агресты не задерживались надолго ни в одном из отелей.
«Это ужасно, — писал мне Адриан, соблюдая все нормы орфографии и пунктуации, — даже нет смысла разбирать чемоданы. Всё время словно на пороховой бочке, не знаешь, когда рванёт и придётся уезжать. Отец практически не спит, из-за чего стал нервным и раздражительным. Срывается на горничных и на мне. Надеюсь, я тебе ещё не надоел со своим нытьём?»
Не надоел, конечно. Мне больше было жалко, что Адриан себя поставил на одно место с горничными по реакции своего отца. Очень… говоряще.
