Мое имя, сорвавшееся с ее губ, возвращает меня к реальности. Я в ярости прижимаюсь к ней бедрами, стремясь к собственному освобождению. Ход моих мыслей теряется, все, что я осознаю, — это она. Ее красота, ее тело, ее голос, ее желания. Звуки столкновения наших тел сводят меня с ума. Когда я разрушаюсь внутри нее, яркие глаза смотрят на меня с благоговением, которого я не заслуживаю. Интенсивность моего оргазма ошеломляет настолько, что на мгновение вся комната будто исчезает.
Я беру ее на руки, прежде чем наше сердцебиение замедлится, и направляюсь в спальню. Скарлетт не протестует. Вместо этого она кладет голову мне на грудь. Кажется, она искренне удивилась, когда мы вошли в мою спальню и направились прямо в главную ванную. Я ставлю ее на ноги, протягиваю полотенце, а затем хватаю свое и веду ее в душ.
— Ты в порядке? — спрашиваю я, целую ее в лоб.
Она обдумывает вопрос, прислоняясь ко мне в поисках поддержки.
— Да. Я думаю, что да.
Я регулирую температуру до тех пор, пока над стеклянной дверью не поднимутся клубы пара.
— Если тебе нужна минутка… — говорю я, указывая на душ. — Я буду снаружи, когда ты закончишь.
То, как она прикрывается полотенцем, отказываясь встретиться со мной взглядом, вызывает у меня желание сорвать его и поклонятся ей снова и снова. Ее притворная застенчивость словно афродизиак. Я вынужден напомнить себе, что должен быть джентльменом.
— Спасибо, — говорит она тихо. — Мне нужна всего минутка.
— Не торопись, — неохотно отвечаю я, оставляя ее одну.
Сидя на краю кровати, я обдумываю то, что только что произошло между нами. Меньше всего я хочу, чтобы она подумала, что мы движемся слишком быстро. Она через многое прошла и, без сомнения, со многим сможет справиться, но это не повод давить на нее. Я просто надеюсь, что сегодня вечером было не слишком много. Мое тело все еще дрожит после секса с ней. Она первая и единственная женщина, которая смогла удержать меня в настоящем. Я думал, что потерял интерес к сексу после многих лет бессмысленных свиданий в университете. Наблюдение за тем, как Скарлетт подчиняется мне, вытягивает мои самые темные желания на поверхность.
Дверь в ванную открывается, впуская в комнату клубы пара. Она выходит, закутанная в мой темно-синий халат, подол которого скрывает ее ступни. Он явно ей велик.
— Я похожа на грустное викторианское привидение.
— Но, тем не менее, очень красивое, — говорю я и, подойдя к ней, притягиваю ее к себе. — Я вернусь через минуту. Ужин скоро будет.
Она улыбается, избегая моего взгляда. Нам придется над этим поработать.
Выйдя из душа, я не тороплюсь одеваться. Моя жажда к ней не уменьшилась. Черт, она стала только сильнее с тех пор, как я попробовал и почувствовал ее. Между нами существует не только физическое влечение. Она действительно слышит меня, видит меня, знает мои грехи и все равно открывается. Я выхожу из ванной и обнаруживаю ее свернувшейся под одеялом. Золотые пряди волос веером распластались на подушке. Я несколько раз медленно моргаю.
— Что ты делаешь? — с подозрением хихикает она.
— Мне нужно убедиться, что ты не галлюцинация, — отвечаю ей я чистую правду.
Она смеется, на этот раз громче, и у меня сжимается что-то глубоко в груди. Я никогда не смогу ее отпустить.
— Это наш ужин, — кричу я через плечо, когда внизу раздается звонок в дверь.
В тишине комнаты реальность начинает медленно оседать в моем сознании. Тот факт, что я сплю со своим сталкером, который по совместительству является убийцей-линчевателем, не упрощает ситуацию. И я до сих пор не разобралась должным образом со своим теперь уже бывшим женихом. В какой-то момент мне придется обратиться в полицию по поводу Тео. С моральной точки зрения не честно позволять Джордану обо всем позаботиться, хотя я не сомневаюсь, что он мог бы. Однако сейчас всему этому придется подождать.
Джордан возвращается в комнату с двумя коричневыми бумажными пакетами и ногой закрывает за собой дверь. Я почти забыла чувство влюбленности. Когда все, что делает человек ново и увлекательно, даже такие простые вещи, как закрытие двери.
— Я знаю, что ты заслуживаешь не такого ужина, но я обещаю исправиться, — говорит он, кладя пакеты на письменный стол. — Я просто не думал, что ты захочешь пойти куда-нибудь сегодня вечером.
— Ты прав, — признаюсь я, наблюдая, как он раскладывает содержимое пакетов.
Джордан протягивает мне коробку из пенопласта, и по запаху я уже могу сказать, что блюдо из моего любимого места, где можно взять еду на вынос. Острая лапша с салатом из огурцов, приготовленная единственным корейским рестораном в городе — «Dispatch». Я смотрю на него и чувствую, как мои брови хмурятся в замешательстве.
— Откуда ты знаешь… — начинаю я, но он меня перебивает.
— Я знаю о тебе все.
— О, верно, — играя с вилкой, приклеенной сверху, говорю я. — Ты жуткий сталкер.
Выражение лица Джордана выглядит угрожающее, но только внешне. Его взгляд падает на мою грудь, где халат начал распахиваться.
— Следи за своим языком, дорогая. Я был бы рад напомнить, что еще я знаю о тебе.
