Эх, ебать, подумал Максуд, да не так-то уж я и наврал в письмах-то, хоть и не дописал их еще! Медаль, бля, а то и орден! Застили награды ему глаза, и, упав за мешки с песком, Максуд начал внимательно смотреть.
Да что ж такое-то, возмутился морпех. Как так-то вообще! Я же белку в глаз! А с ружьем так и вовсе! А тут лежит такая туша, а я что? Не потомок Дэрчу Оджала, что ли? Как тут это работает? Куда брать поправку, кроме ветра? Что за ебаный край такой, а? Как тут они живут с вот этим вот всем!
И последний, третий, патрон, уютно щелкнул… Куда он там щелкает? В патронник?
Максуд заметил, откуда бахнул третий выстрел, и подумал: ах ты, сука такой, пидор! Ну, погоди!
Автомат Калашникова – это вам не карабин. Вот эту штуку перевел в режим стрельбы по три патрона, вот эту вот загогулину передернул – и поливай! Что, собственно, Максуд и сделал, лежа за мешками с песком. А чего по три, а не очередями, спросил потом командир. «Дык как чо, я же не просто хотел патроны расстрелять, а завалить этого пидора!» – дословная цитата Максуда.
Ах ты сука такой! Пидор! Стрелять по мне!
Морпех (он же в данный момент «пидор», по версии Максуда) зарядил штатную обойму. Только нерпа, хочу я заметить, и дежурный по кораблю остались равнодушными к данному кипению страстей в отдельно взятой нелюдимой области пространства и времени. Ну с нерпы-то что взять – животное. А у штурмана суббота, с него тоже нечего взять при данных обстоятельствах, и если мало их, так вот вам еще и диван в штурманской рубке!
– Сентральный, верхнему!
– Максуд, ну что опять? Инопланетяне?
– Никак нет! Инопланетян же не существует! У меня патроны кончились! Можно мне еще патронов наверх передать?!
Даже если вы младший штурман и стоите дежурным по кораблю в субботу, то фраза от трюмного матроса Максуда о том, что инопланетян не существует, приведет вас в чувство быстрее, чем мгновенно, поверьте. А потом уже прошмыгнет по краешку коры мыслица о том, что, ну в смысле – у него шестьдесят патронов кончились? Хорошо, что штурманенок подумал, но вовремя не сказал вслух про штыковую атаку. А то не так бы радужно могла закончиться эта история…
И только благодаря тому, что наша родина так необъятна, говорил потом командир перед строем, эти два придурка остались в живых! Только дистанция плюс перепад высоты и восходящие потоки и спасли двух этих защитников людей друг от друга от окончательной и бесповоротной кончины!
Но это он потом уже сказал, когда все прошло. А тогда-то штурманенок, несколько смущаясь, вылез на мостик и оценил обстановку.
И правда, Максуд лежал за мешками с песком и радостно помахивал ему пустыми магазинами. А сверху и правда постреливали.
Да, ебать, вот это суббота!
Не ядерная война, конечно, но дежурного по дивизии пришлось разбудить. Он долго не втыкал, в чем тут прикол и отчего штурманенок такой дерзкий – взял и разбудил. Потом воткнул, но долго не верил потому, что от штурманенка пахло только вчерашним днем рождения, не более того. Да даже бы если и более того, но командир же знает, на что способны его офицеры в любом состоянии. И вот на то, чтобы будить командира, когда он приказал его не будить, они точно не способны. А иначе как бы они медкомиссии проходили? Да и как такое вообще может быть, да еще, как назло, в его дежурство! Блядь, перестрелка двух караульных? Да это же жопа! И в самом деле, лучше бы уж тогда ядерная война!
Ну и потом началось, конечно. Пока дозвонились до караула и те бегом на вышку. Телефонная связь-то не работает года с позапрошлого. Откуда в стране провода, когда не у всех еще дома в испаниях построены. А у раций аккумуляторные батареи старые, заряд не держат. Может, говорит, штурманенок, помашем ему белым чем с рубки, жалко Максуда же… На что командир резонно возразил, что советские моряки никогда не сдавались. А мы же теперь снова русские, рискнул возразить штурманенок. Ну вы, может, и да, не стал спорить командир, а я-то старой закалки. «Максуд! – крикнул он Максуду. – Вожмись в пирс поплотнее и не дыши!» «Есть, тащ командир!» – ответил Максуд, который, в принципе, как раз именно этим сейчас и занимался.
– Но нет, сука, жалко его, – не унимался командир. – Что там за карамультуки у них на вышках, не в курсе ты?
– Да откуда бы? – не знал штурманенок.
– Ладно, мухой давай вниз и три тулупа неси: мне, себе и третий!
Вышли в тулупах на пирс, перевернули будку верхнего вахтенного и ей придавили сверху Максуда, проложив тулупчиком, чтоб не сильно давило.
– А нас если он… того? – не унимался штурманенок.
– Ну так нам за это деньги платят, а ему – нет.
Но тут уже и караульные прибежали – собак у них не было, но лай слышно было со всех сторон.
– Ну а сейчас, – резюмировал командир, – нам всем будет пизда!
И точно – полчаса не прошло, как пыль столбом от «уазиков», «Волг», «Зилов» и «буханок»!
Но нерпы к этому времени уже не было. Когда ей надоела вся эта возня и она, плюнув на суетливых людишек, шмыгнула обратно в свое безбрежное море – никто и не заметил. Хотя особисты потом пытались и ее найти, чтоб допросить. А может, и до сих пор ищут.
