Они захрипели, царапая шеи в тщетной попытке освободиться. Их ногти оставляли на коже кровавые полосы, но это не помогало — вода была крепче стали, и с каждой секундой жгуты затягивались всё туже.
Я поддерживал равномерное давление, не спеша убивать их. Хотел, чтобы они прочувствовали своё полное бессилие. Чтобы они поняли, с кем посмели связаться.
Тем разговорчивее станет тот, кто останется в живых.
Краем глаза я заметил движение сзади. Второй близнец, до этого державшийся в тени, решил подкрасться ко мне со спины. Он двигался так тихо, что обычный человек не заметил бы его присутствия. Но я не был обычным человеком.
Не поворачиваясь, я направил ладонь в его сторону.
Оставшиеся вокруг меня иглы рванулись к бандиту, превращая его в истекающий кровью кусок мяса.
Багор, видя гибель своих людей, отступил к стене, выставив перед собой нож. Куда только делся язвительный и уверенный в себе вожак? Его руки дрожали, а на лице застыло выражение дикого ужаса.
Конец Корявого и другого близнеца был быстрым — они просто перестали дышать и обмякли.
Я отпустил их тела, позволив им рухнуть на пол. Затем медленно обернулся к Багру, единственному оставшемуся в живых контрабандисту. Мне нужен был его страх. И его информация.
— Не подходи! — просипел Багор, тыча в меня ножом. — Чего тебе надо, колдун?
Я не ответил, просто продолжал медленно приближаться. Попутно я начал создавать из дождевых капель, просачивающихся через крышу, странную конструкцию — нечто вроде вращающегося водяного кольца. Оно парило над моей вытянутой рукой, закручиваясь всё быстрее и быстрее.
Не особо эффективно. Если б я хотел убить его, то проткнул бы иглами или водяным копьем.
Зато это зрелище выглядело страшно до жути.
Каждый шаг был размеренным, неторопливым. Я хотел, чтобы он прочувствовал приближение неизбежного. Чтобы успел осознать, что даже не представлял, с какой силой решил связаться.
— Теперь, когда мы остались наедине, поговорим о том, кто заказал моё убийство, — произнёс я спокойным голосом, прижимая Багра к стене.
Водяное кольцо над моей рукой пульсировало и искрилось, словно содержало скрытую мощь, готовую вырваться в любую секунду. По сути, так оно и было, я мог в мгновение ока превратить его в смертоносное оружие.
— Я… я не знаю! — запаниковал Багор. — Меня только попросили встретить баржу и проверить, кто на ней!
— Ложь, — спокойно констатировал я. — Ты же только что говорил о «награде за мою голову». Кто её назначил? Совет Магов?
— Какой Совет⁈ — Багор так вылупился на меня, что я сразу же ему поверил. — Заказчик — из Озёрного края. Он передал точное описание… сказал, что молодой маг прибудет на барже… Водник, а значит — слабак. Велел перехватить тебя на пути к месту ссылки и устранить проблему до её появления.
Я удивился не меньше бандита. До этого момента я подозревал в своих злоключениях тех, кто следит за ограничением стихийной магии. По своей старой памяти, я думал что за их спиной стоит Совет, мои давние враги.
С другой стороны, эти люди должны знать, какую опасность представляет пробужденный стихийник. Едва ли они послали бы за мной обычных бандитов.
Но Озёрный край? Я же не был там никогда в своей жизни! Кому я там успел помешать?
— Имя, — потребовал я. — Кто именно заказал моё убийство?
— Не знаю! — выкрикнул Багор. — Клянусь жизнью!
Водные плети словно две змеи метнулись к нему, фиксируя руки и ноги.
Я методично обыскал его карманы, игнорируя сдавленные проклятия. В одном нашёлся кожаный кошель раздувшися от денег. Пересчитывать пока не стал, но навскидку — немалая сумма.
В нагрудном кармане обнаружилась свёрнутая в свиток бумага. Я развернул её, с удивление вчитываясь в текст.
Это было моё подробное описание: 'Аквилон Лазарь, 18 лет. Среднего роста, худощавого телосложения. Волосы тёмные, глаза ярко-голубые
Далее следовали указания о перехвате и убийстве, с пометкой «Избегать контакта в воде или вблизи крупных водоёмов». И даже сумма гонорара — пять империалов, то есть целых пятьсот рублей.
Не густо, хотя для душегубов, очевидно, неплохой приработок.
К моему разочарованию, никаких документов или иных улик, которые могли бы прямо указать на заказчика, не обнаружилось. Ни личных документов, ни чарофонов.
— На кого ты работаешь? — спросил я прямо. — Кто стоит за этим заказом?
Багор кривился, явно борясь с собой. У старого контрабандиста, вероятно, были свои понятия о чести. А возможно, он боялся мести со стороны сообщников.
— Я всего лишь представитель «Стаи», — наконец, произнёс он.
— Стаи? — прищурился я, — поясни.
— Ты не местный, — покачал головой Багор, — иначе бы от такого известия штаны себе обделал. Стая это братство, в которое входят все, кто не прогибается под властью полиции и законников. Все «деловые люди» Озерного края.
— Бандиты и контрабандисты, — сделал я вывод. — Во все времена, подобная шваль придумывала себе громкие названия.
В глазах главаря застыло странное выражение — смесь страха и какого-то мрачного удовлетворения. Я понял, что больше ничего полезного не узнаю.
