Первый выстрел снял патрульного, обходящего периметр. Солдаты вскинули оружие и попрятались за укрытия. Пулемет стал разворачиваться в сторону Тэи, но второй выстрел оборвал жизнь пулеметчика. Дальше стрелять стало затруднительно, на снайпера обрушился поток огня. Но тут в дело вступил Нейт. Несколькими выстрелами из пистолета он убил двоих, затем рой ледяных игл обрушился на беруновских солдат, создав в обороне неразбериху.
Эйфории не было, только холодный расчет. Удар дубинки в колено, затем в голову, уворот, выстрел в автоматчика, готового стрелять, снова уворот, два быстрых удара, подсечка, завершающий удар сверху. Снова раздались выстрелы снайперской винтовки: солдаты прекратили подавляющий огонь по Тэи. Численность противников стремительно сокращалось, но что-то пошло не так. Нейт краем глаза заметил, как из укрытия вышли Тэя и связистка и, пригнувшись, побежали в сторону блокпоста. Юноша добил последнего противника и повернулся к девушкам. Вопросы были излишни, из их недавнего укрытия показались солдаты Беруны, не меньше роты.
Нейт рванул к броневику, но его тут же отшвырнуло взрывной волной. Машину подорвали из ракетницы. Юноша поморщился, оттащил в укрытие, упавшую Агату, и сам спрятался за камнями. Плотный обстрел даже голову не позволял высунуть. Нейт поискал глазами Тэю, та сидела за грудой камней в относительной безопасности.
Но, что делать дальше? Юноша на секунду выглянул из укрытия. Отряд противника шел плотной цепью, под прикрытием ракетометчиков. Вступать в бой не было ни малейшего смысла, им даже из укрытия не дадут выйти. Бежать тоже не вариант, по той же самой причине, перекресток хорошо обстреливался с позиции противника.
Черт! Попробовать бить этюдами, а там будь что будет? Нейт посмотрел на Тэю, та сидела за камнями, прижав руки к голове. Мда, ситуация…
Но развить упаднические настроения Нейту не дали. С противоположной от беруновских солдат стороны застрекотали автоматы, защелкали ружья, следом за ними послышался свист минометов, а через несколько секунд — грохот взрывов.
На злополучном перекрестке появились солдаты в синей форме. Противник стал отступать.
Нейт встал, осматриваясь, к нему подошли Агата и Тэя. Римирийские солдаты оцепили перекресток, быстро и грамотно перекрыв все направления. К троице направлялась группа из пяти человек. Во главе, быстрой, но несколько неловкой походкой, шел мужчина в военном плаще, зеленом берете и черных круглых очках.
Генерал Айра Шарль-Гир персона в военных кругах известная, его дивизия с начала войны не раз переламывала ход событий, принося победу в самых безнадежных ситуациях. Генерала и его солдат быстро окрестили элитой военных сил Римирии. При этом руководство страны Шарль-Гира недолюбливало, слишком часто он шел поперек приказов, слишком часто имел собственное мнение. Однако, поскольку генерал был очень эффективен в ведении боевых действий, что в рядах неопытной армии страны было необходимо, да еще и пользовался большой любовью и авторитетом в военных кругах, отстранить его или, вообще, хоть как-то наказать было затруднительно, и власти приходилось терпеть самовольство Айры.
Генерал очень любил своих подчиненных, хоть и был с ними строг. Впрочем, строгость эта и вытекала из любви, он часто говорил, что, чем суровее будут тренировки и дисциплина, тем больше шансов выжить в бою. Если приказ руководства грозил большими потерями, и Шарль-Гир видел другой исход ситуации, он, не задумываясь, выбирал альтернативу, никогда не сожалея о том, даже во время бесконечных объяснительных и порицаний от начальства.
Несмотря на то, что Шарль-Гир пользовался неукоснительным авторитетом у всех солдат Римирии и внушал страх своим врагам, внешность у генерала была не слишком респектабельной. Большие припухлые губы, широкий лоб, неизменное отсутствие растительности на лице, плюс генерал являлся выходцем из Стратары и то ли по отцовской, то ли по материнской линии имел восточные корни. У Айры Был высокий рост, но военную выправку портило легкое ожирение по женскому типу и несколько феминные повадки в поведении. Все это, вкупе с любовью к зеленому берету, черным или синим очкам с круглыми линзами, предпочтение в одежде с высоким воротником, и подарило генералу прозвище Жаба. Враги произносили этот антропоним со злорадством, союзники — с любовью.
Итак, перед тройкой молодых людей, на разбомбленном, пыльном перекрестке, появился сам Генерал-Жаба.
— Что у нас? — мелодичным тенором произнес Айра. — Диссонеры Орты, которые, видимо, решили воевать со всей армией Беруны и оставить нас не у дел, — он обвел руками недавнее поле боя. — И, — генерал внимательно присмотрелся к Агате. — Связной. Это, скорее всего, по мою душу.
— Так точно, сэр, — отрапортовала возбужденная Агата, отдавая честь, но Шарль-Гир продолжить ей не дал, он криво усмехнулся и, в сарказме растягивая слова, произнес:
— Доклад о генеральном наступлении противника на северо-востоке?
— А, — девушка заметно растерялась. — Так вы уже знаете?
