— И все это под носом у сильнейшего дракона, — произнес опекун, отрешенно взглянув на статую, расположенную в центре холла. — Кайниэль, — повернулся он ко мне, — оставаться здесь действительно опасно. То на тебе ставят эксперименты, то нападают, я уже молчу об учебе, которая дается тебе с трудом, — я вперила в лорда Бэкшота возмущенный взгляд. Кто ему разболтал о моих «успехах»? Это он еще не знает о поползновениях эльфийского принца… — Не смотри на меня так, — укоризненно продолжал он. — Ты же должна понимать, что это ненормально. В столице есть прекрасная академия…
— Нет, — я скрестила на груди руки.
— Ну и упрямица же ты!
— Дед, скажи мне лучше, что означает «ниира»? — произнесла я, пытаясь перевести разговор на другую тему.
Он вздохнул и замолчал. Наверное, собирается с мыслями, подумала я, решив подождать.
— Ты все равно не отстанешь, — нудно констатировал лорд Бэкшот, спустя некоторое время. Я радостно улыбнулась и закивала, подтверждая его слова. — Я не собираюсь углубляться в теорию и сыпать терминами, которые не пригодятся тебе в жизни, — опекун сделал глубокий вздох и поправил ворот камзола. — Если по-простому — «ниира» это донор. Донор магии. Этот ритуал относится к черной магии. Его использование вне закона и карается смертью. Не спрашивай откуда я это знаю, все равно не скажу.
Ну вот, моя теория подтвердилась. Только теперь она, как мне кажется, приобретала более зловещий оттенок.
— Зачем эльфам, которые, как известно, не обделены магией, качать из кого-то магию? — я нервно огляделась. Как удачно, что холл практически пуст. Боюсь, если бы здесь сновали вездесущие адепты, лорда Бэкшота не удалось бы разговорить.
— Ты слишком высокого мнения о них, — проворчал опекун. Я красноречиво хмыкнула. Ну да, очень «высокого» мнения. — Магии никогда не бывает много. Когда выкачиваешь магию из живого существа, твой резерв увеличивается практически в два раза. Если заниматься подобной практикой на постоянной основе, можно стать сильнее. А вот для донора все плачевно, постепенно его магия вытекает из него, он становится слабее, его внешний вид меняется, и есть большая вероятность, что он может и вовсе лишиться своих магических сил.
Я потрясенно посмотрела на лорда Бэкшота. Случай с ведьмочкой тому пример. И есть большая вероятность, что еще будут подобные случаи. Вон, та же Ринилис. Боюсь, и она скоро лишится магии. Вот только, как спасти того, кто не хочет быть спасенным?
— Девочка моя, тебе опасно здесь оставаться, — снова завел эту тему лорд Бэкшот. — В этой академии творится нечто ужасное. Боюсь, ни ты и ни я не в силах что-либо сделать. Здесь учатся отпрыски правящих домов. Даже если у тебя будут неопровержимые доказательства того, что кто-из них действительно проворачивает темные делишки, наказания они не понесут. А вот ты можешь запросто пострадать. Как думаешь, почему я терпел общество эльфов два часа? Да потому что игнорировать эльфийских лордов столь высокого положения я просто не мог!
Если все, как говорит лорд Бэкшот, ситуация действительно патовая.
— А что насчет ректора? — севшим голосом спросила я. Он же дракон, да еще и брат правящего дракона. Неужели он просто-напросто закрывает на все глаза?
— Наверное, он не знает, — лорд Бэкшот пожал плечами. — Трудно сказать. Я плохо знаю лорда Артэнтри. Знаю, что он силен, обладает властью и авторитетом, но на этом все. Знает ли он о проделах его подопечных — мне неведомо.
Мы замолчали, каждый думая о своем.
Я думала, как, в свете открывшейся информации, загнать наглых эльфов в угол и прекратить их вопиющие преступления, а лорд Бэкшот, очевидно, думал о том, как бы уговорить меня уйти из данного учебного заведения.
— Кайниэль, ты должна понимать, что идти против системы бессмысленно. Давай мы просто заберем твои документы и…
— Я и не иду против системы, я просто хочу справедливости.
— Ты молода и неопытна, ты ничего не знаешь о жизни.
— Ты же сам сказал, что то, что делают некоторые адепты академии — незаконно, почему мы не можем придать их суду?
— О, Боги, да потому что все это быстренько замнут, а тебя сделают врагом номер один! Ты этого желаешь?
Я понимала, что пытается донести до меня лорд Бэкшот, однако жгучая обида, возникшая из-за чувства несправедливости, уже охватила меня. Гаденькие остроухие не должны выйти сухими из воды. Я все сделаю для этого, даже рискну подмочить свою, и без того подмоченную, репутацию. Осталось дело за малым, успокоить опекуна, а для этого придется принять нелегкое решение.
***
