Альбигойский крестовый поход полностью

Шампанский крестьянин по имени Климент, основавший тайную секту в Суассоне примерно в 1114 году, был одним из самых первых западных еретиков, проповедовавших в дуалистической традиции. Помимо осуждения таинств, Климент учил, что следует избегать мяса, и что брак и деторождение являются злом. Хотя Жан I, граф Суассонский, объявил его самым мудрым человеком, которого он когда-либо встречал, однако это не спасло Климента от пожизненного заключения в тюрьму вместе с его братом и еще двумя другими еретиками. Еще более странной была карьера Одо де Л'Этуаль, бретонского еретика, который предстал перед Собором в Реймсе в 1148 году. Одо создал секту посвященных, посвятивших себя аскетизму и целомудрию и нападавших на скиты и монастыри. Его теология, если она у него действительно была, неясна, но современники описывали его как манихея, и, вероятно, справедливо.

Ранние проповедники дуализма обычно были необразованными бывшими монахами и крестьянами. В целом, маловероятно, что Климент или Одо были знакомы с неогностической теологией. Иначе обстояло дело с крупными дуалистическими общинами, которые образовались в нескольких городах Рейнской области и Нидерландов в 1140-х годах. В 1144 году четко организованные еретические Церкви появились в Льеже и Кельне и были подавлены в обоих городах со значительной жестокостью. Кельнские еретики проявляли почти все признаки восточной дуалистической традиции. Они избегали мяса и молока, не одобряли деторождение и высмеивали таинства. Они были строгими дуалистами, приписывая создание всей материи дьяволу и считая, что дьявол сосуществует с Богом. Они делились на верующих и посвященных, причем последние назывались катарами, и это название отныне использовалось для обозначения всех западных дуалистов. Само греческое слово катар (очищенный) указывает на восточное происхождение их вероучения. И действительно, когда их спрашивали о происхождении их веры, они утверждали, что она пришла из Греции, но когда именно, они точно не знали. К этому времени дуализм уже быстро продвигался в производившие сукно города Нидерландов. Архиепископ Реймсский признал в 1157 году, что "манихейская чума" поразила большую часть Фландрии и до сих пор активно распространяется странствующими ткачами и торговцами тканями. Из обсуждений на Соборе, состоявшемся в Реймсе в том же году, ясно, что Церковь к этому времени была серьезно встревожена распространением ереси. Новые секты были не только хорошо организованы, но и включали в себя людей образованных и состоятельных. Они были достаточно богаты, чтобы в 1162 году попытаться купить покладистость архиепископа Реймсского за 600 марок серебра.