Он поднял взгляд. Мужчина — молодой, опрятный, в бежевой мантии без единого символа. Ни узора, ни знака статуса, ни клановой печати. Но Остен почувствовал — Дневной клан. Мягкое напряжение, холодная уверенность — неуловимые признаки, которые чувствуешь инстинктивно, а не учишь по учебникам.
— Смотря кто спрашивает, — буркнул он.
— Проводник, — беззаботно сказал гость. — Мы просто наблюдаем. Нам важны… интересные фигуры. Те, кто видит больше, чем говорят. Те, кто понимает, что справедливость — понятие гибкое.
Он сел рядом, будто они были старыми друзьями.
— Ты ведь не глупец, Остен. Видишь, что происходит. Парень из Диких земель, с чужой Тенью, внезапно становится любимцем магистров. Все забыли, что это ты лучше всех сражался в Учебных залах, сдавал экзамены, носил форму по праву. И был лучшим. А он… появился и разрушил все, чего ты так долго добивался.
— Никто не отнимет у меня того, чего я добился, — огрызнулся Остен.
Незнакомец мягко улыбнулся.
— Разве? Поэтому ты сидишь здесь, в этом романтичном месте… один?
Остен молчал, но на его лице заиграли желваки.
— И Лия, — продолжил человек, — Лия ведь не слепа. Но ты знаешь, как она смотрит на него. Словно он уже стал тем, кем должен был стать ты. Неужели тебя это устраивает?
У Остена дрогнула рука. Он сжал фляжку, так что тонкий металлический корпус хрустнул.
— Я знаю, — произнёс человек тихо. — Ты не предатель. Ты верен своему клану. Но ты же понимаешь: есть вещи, которые можно исправить. Справедливость можно вернуть. Просто… слегка подтолкнуть события в нужную сторону.
Он достал крохотный сверток и положил его между ними на скамью.
— Без вкуса. Без цвета. Добавь его в напиток безродного в удобный момент. Кажется, послезавтра у вас должна быть вечеринка в «Чернильной капле»? Подойдет. После веселья проводи своего товарища через Арку Калия… И уходи. Остальное — не твоя забота.
Остен не шевелился.
— А если я не сделаю этого?
Незнакомец пожал плечами.
— Все останется по-прежнему. Ты так и будешь сидеть на этой скамейке. Один. И смотреть, как всё, что должно было быть твоим, достаётся другому.
Он встал.
— Умей выбирать, Остен. В этом и есть свобода. Остальное — рамки и ограничения, навязанные наставниками. Верши свою судьбу сам и забирай то, что принадлежит тебе по праву.
Незнакомец исчез. Точно так же, как появился — без звука, без следа. Фонтан продолжал играть дурацкую мелодию.
Остен долго смотрел на маленький сверток. Потом быстро схватил его и спрятал за пазуху.
— Рекруты, остановить тренировку!
Глава Лунных стражей Тарен Сойр вошёл в зал, тишина обрушилась на нас так внезапно, словно кто-то выключил весь звук разом. Даже вечно неугомонный Хван притих и вытянулся по струнке. Мы выстроились в шеренгу перед высоким начальством.
Тарен Сойр был из тех, кто не нуждается в громких словах или эффектных позах. Он просто появлялся, и становилось понятно: сейчас объявят что-то важное.
— Доброй ночи, рекруты, — сказал он сухим, ровным голосом. — Совет наставников утвердил сроки ваших экзаменов.
Несколько человек вздрогнули. Остальные замерли, боясь дышать. Свет над нами — мягкий, бледно-голубой — тоже, казалось, поблёк.
— Через три лунных цикла состоится финальный отбор в особые отряды. Экзамен только для тех, кто собирается носить знак Лунного стража. Так что еще раз подумайте, хотите ли вы связать жизнь с моим подразделением.
Вот и оно. Официально. Без намёков и полутонов. Что мне нравилось в Сойре, так это его привычка говорить все чётко и по делу.
— Экзамен состоит из трёх этапов, — продолжал глава Лунных стражей. — Первый — теоретический: устройство отрядов, тактика выживания в Диких землях, твареведение, топография, магическая теория. Второй — практический: Теневой бой, бой с артефактным оружием, адаптация к нестабильной обстановке. И третий…
Он сделал паузу. Не ради драматизма — он просто умел расставлять акценты.
— Третий этап — самостоятельный полевой выход. Один из секторов Диких земель второго контура. Выход автономный. Без наставников. Без поддержки. Цель — выжить и вернуться с результатом.
Один из новичков, стоявших рядом, громко проглотил слюну. Другие тихо перешёптывались.
Я не шевелился. Эта часть мне как раз была по вкусу. Вероятно, я был одним из немногих, кого по-настоящему тянуло в Дикие земли.
— Провалившие не смогут повторить экзамен в течение одного года, — продолжил Сойр. — Но пока — у вас есть три лунных цикла на подготовку. Не тратьте это время зря.
Он вышел, оставив нас среди навалившейся тишины и новых перспектив.
Через пару минут, когда воздух в зале снова стал пригодным для дыхания, рекруты оживились. Хван был первым, кто пришел в себя:
— Ставлю двадцать лунаров, что Хельдр снова завалит теорию.
— Принято, — тут же отозвалась Элвина, не оборачиваясь. — А я ставлю, что Ром пройдёт на третий этап. И вернётся.
Я приподнял бровь, повернувшись к ней. Она едва кивнула мне и улыбнулась. Но взгляд у неё был сосредоточенный. Словно она пыталсь что-то просчитать.
— А ты как думаешь? — Хван ткнул меня локтем в бок. — Пройдёшь?
