— Прав, — не меняясь в лице, подтвердил мои слова Гедымдейт, но решил все же продолжить. — Но место всегда может освободиться. Добровольно или…
Он сделал характерный жест, проведя пальцем по горлу. Я даже немного удивился и иначе посмотрел на ректора. Вот уж не ожидал, что он способен на подобное и готов пойти на столь кардинальные меры, даже при условии его недовольства некоторыми членами Капитула.
— Значит Ковир, — задумчиво протянул я с некоторым сомнением.
Влезать в политические дрязги местных корольков, откровенно говоря, желания не было. Но я понимал, что вступление в Капитул может быть полезным для моих целей, отчего награда становилась только заманчивее. Но добровольно окунаться в этот ушат дерьма, наполненный интригами и обманом и называемый при этом политикой, желания не прибавлялось.
— Зато ты будешь ближе к ведьмакам, о которых так печешься, — похоже, что таким образом он попытался меня подбодрить.
Вот только наткнулся он на многозначительный взгляд исподлобья, так что решил не развивать свою мысль.
— И долго мне, — начал говорить я, пытаясь подобрать нужные слова, — придется вытирать сопли этому корольку… Как там его?
— Герард Тройденид, — любезно подсказал ректор, хотя прекрасно понимал, что имя короля меня интересует в последнюю очередь.
— Ну так что? — я вопросительно посмотрел на ректора.
Он ненадолго замялся и немного нахмурился, словно прикидывал примерные сроки, на время которых я буду вынужден вариться в политическом котле.
— Сам понимаешь, — начал он неоднозначно и с какой-то долей сомнения. — Чтобы освободить место в Капитуле и не вызвать подозрений, потребуется время.
— Сколько? — тихо спросил я, требовательно смотря на старика Гедымдейта.
— К тому же, нужно будет найти замену на твое место при дворе, — продолжал он, словно специально игнорируя мой вопрос и оттягивая момент истины.
— Сколько?! — уже повысив голос, спросил я, вновь начиная раздражаться.
Благо у Хена хватило ума, что не стоит больше тянуть с ответом.
— Не знаю, — вздохнув, наконец-то произнес он. — Может лет десять… или больше.
Тишина. Казалось, что еще чуть-чуть, и от нее начнет звенеть в ушах.
— С-сука, — шипя, процедил я, прежде чем разразиться длинной матерной тирадой, во время которой я то и дело переходил на краснолюдскую брань вперемешку со Старшей речью.
Аварис.
— Должен заметить, ваше величество, — проговорил я, вальяжно развалившись в кресле и осматривая свои ногти, — это было весьма неразумно с вашей стороны.
Я находился в королевских покоях, куда доступ был далеко не у всех. Думаю, не стоит уточнять, что я не входил в число этих доверенных лиц. Но когда меня останавливали подобные условности? Конечно, в первое время это вызывало кучу проблем и скандалов. Меня даже несколько раз пытались обвинить в покушении на королевскую особу. Правда, сделать мне что-то они все равно не могли.
В конце концов, за прошедшие шесть лет, что я нахожусь при дворе, все уже попросту привыкли к таким моим выходкам. Хотя меньше беситься от этого не стали.
— Мэтр Нокс, — стараясь сохранить спокойствие, кивнул король Ковира.
Нужно отдать ему должное, он довольно быстро привык к тому, что я могу спокойно заявиться в его покои, чтобы обсудить тот или иной момент, касающийся его правления. Но это все равно не мешало ему всячески намекать мне на то, что его покои не проходной двор.
Этот раз тоже не стал исключением.
— Вы бы могли сказать мне об этом на совете, — проговорил король, подходя к небольшому столику, на котором стоял кувшин с вином, — а не в очередной раз заявляться в мою спальню. Неровен час, и придворные начнут думать… всякое. Все же двое мужчин в спальне да наедине — слишком плодородная почва для слухов.
Я удивленно вскинул одну бровь и по-новому взглянул на мужчину, который уже разменял шестой десяток. Хотя по нему и не скажешь, что ему уже больше шестидесяти, разве что от силы лет сорок. Наверняка, так сказывается наличие примеси эльфийской крови в его жилах.
— Неужели ваше величество способно шутить? — усмехнувшись, задал я риторический вопрос. — Но, в любом случае, если вас это беспокоит, могу заверить, что вы не в моем вкусе. Предпочитаю молодых и прекрасных дам, желательно рыженьких. К тому же, эти слухи так же ударят и по вам, значит вы сделаете все, чтобы об этом не начали судачить.
