— Не держи меня за идиотку, Аварис, — перебила меня Амелия, впервые за долгое временя назвав меня полным именем. — Хоть я и лишена магии, но отличать магический сон от обычного все еще могу.
— А ты бы хотела вернуть себе магические способности? — поинтересовался я, вскинув одну бровь.
— Не переводи тему! — повысила голос Лия.
— Мне показалось, что ты устала с дороги, но я прекрасно знаю, насколько ты бываешь упряма, чтобы признать это. Стоило бы мне оставить тебя одну, как ты тут же начала бы сонной мухой слоняться по крепости. А здесь не так безопасно, как кажется на первый взгляд.
Лия ответила не сразу. Какое-то время она вглядывалась в мое лицо, словно ища в нем ответы.
— Допустим, — наконец-то тихо произнесла она. — Но ведь это не первый раз, когда ты погружаешь меня в магический сон. Верно?
Я не ответил.
— Зачем ты это делаешь?
Ее вопрос вновь остался без ответа. Лишь у меня в голове промелькнула мысль, что стоит попросить Шеалу вновь поработать с воспоминаниями Амелии.
Не получив ответа на свой вопрос, девчонка совсем по-детски надулась и отвернулась от меня.
— И все же, — вдруг произнес я, вновь пытаясь перевести тему, — ты бы хотела вернуть себе магию?
Интерлюдия. Адель (Амелия).
Я осторожно ступала по каменному полу ведьмачьей крепости и с интересом разглядывала древнее сооружение, пропуская мимо себя компании ведьмаков. Могло показаться, что я очарована этим местом, но все было несколько иначе.
Все мои исследования Каэр Морхена я оправдывала детским любопытством, отчего порой заходила даже слишком далеко. Несколько раз меня ловили, когда я уже практически пробиралась в залы, где готовят ведьмаков. Один раз так и вовсе меня нашли, когда я стояла и завороженно смотрела на огромный валун, который впоследствии оказался физическим воплощением места силы.
Но, что самое удивительное, я ни разу не получила за свое любопытство. Напротив, со мной здесь обращались куда лучше, чем даже в резиденции короля. Особенно этим грешили старые ведьмаки. Может они пытались таким образом восполнить то, чего их лишили?
В любом случае, я не собиралась ломать себе голову по этому поводу. Мне без того было, о чем подумать.
Мое сознание все никак не покидали слова Авариса. «Ты бы хотела вернуть себе магию?» — этот вопрос возникал у меня в голове, когда я просыпалась и когда ложилась спать. Даже когда ела или просто бродила по крепости. Эти слова не давали мне покоя, и в какой-то момент в моем сознании голос Авариса сменился моим собственным голосом.
Я сама начала задаваться подобным вопросом. И ответа я никак не могла найти. С одной стороны, какой идиот откажется от подобного предложения, после того как хоть раз вкусил возможности, даруемые магией. С другой же — все было совсем не просто.
Помимо этого вопроса мою голову никак не покидали воспоминания о последней беседе с Аварисом. И эта беседа заставляла задуматься о многом. В тот момент я впервые отвергла прежние воспоминания и чувства, чтобы по-новому взглянуть на такого знакомого и одновременно незнакомого человека. Именно тогда я начала замечать некоторые детали, которые не давали мне покоя.
Впервые во мне зародилось опасение перед лицом человека, казавшегося родным. Наверное, только это не дало мне ответить согласием на вопрос Авариса. И не потому, что я считала невозможным наделить магией простого человека. Как раз наоборот, я была уверена, что у него это получится, и именно это меня пугало.
Многим позже, сопоставляя свои старые воспоминания и новые, я смогла заново собрать образ Авариса. Чертовски сильный чародей, лелеющий свои далеко идущие планы и рассматривающий людей лишь как инструменты. Расчетливый хозяин, что чистит, правит и чинит свои дорогие игрушки, и, лишь когда вещь совсем приходит в негодность, он ее выбрасывает.
Было трудно поверить в этот новый образ. Я то и дело вспоминала былого Авариса. Однако, чем чаще я это делала, тем отчетливее становились видны параллели. Чем дольше анализировала ситуацию, тем больше понимала, что все это и раньше сидело внутри Авариса. Просто сейчас в нем стало гораздо меньше… человеческого.
Я все реже видела его улыбку. Не оскал или вечную презрительную усмешку, а простую улыбку. В его взгляде раньше можно было увидеть заботу, но сейчас его взгляд стал холоден, как лед. И лишь иногда в его голубых глазах можно было заметить отблески прошлого.
Мне трудно было представить, что должно было произойти, чтобы прежний Аварис превратился в это… чудовище. Я не могла отрицать, что, возможно, чего-то не знаю. Как и не могла голословно обвинять его в чем-то. Возможно, за практически сотню лет что-то произошло. Что-то, о чем я не знаю и что заставило его так измениться.
Но одно я знала точно. Если периодически в нем еще были заметны отблески прошлого себя, значит есть шанс вернуть все как было. Надо лишь постараться.
