День свадьбы Джеймса Поттера и Лили пока-еще-Эванс. Хотел бы я сказать, что намечается грандиозное торжество, пир на весь мир или хотя бы прием с кучей народа. Вот только это не так. Реальность вносит свои коррективы.
На днях начались первые нападения Пожирателей на маглов и маглороженных. Министерство пыталось скрыть эти данные, но как говорится: «Что знают двое — то знает свинья». Пока эту информацию получается скрывать только от маглов. По словам Джеймса, в Министерстве паника, обливейтеры сбиваются с ног, чтобы не допустить утечку информации в магловский мир.
На фоне всего этого Дамблдор официально заявил о создании своей организации — Орден Феникса, который за короткое время с его создания уже сыскал популярность среди простого люда. Туда уже вступили Лонгботтомы и Аластор Грюм. Этой информацией со мной «по секрету» поделился Джеймс, сказав, что он и Сириус планируют тоже вступить в него. Аргументировали они это тем, что политика замалчивания, которую ведет Министерство, а также их бездействие, его не устраивает.
Тогда между нами разразился жуткий спор, в процессе которого я пытался отговорить его от этой глупой затеи. Дошло до того, что мы чуть не подрались, но я решил не накалять ситуацию, лишь бросив: «А, похер. Все равно не послушаешь».
Именно в следствие всех этих событий пышное торжество превратилось в скромную свадьбу, которую все же решили провести на территории поместья. Хотели пригласить остальных Блэков, помимо Сириуса, в знак давних союзнических отношений и кровного родства. Но те, в свою очередь, в личном письме намекнули, кому отдали свою поддержку, и что появляться на свадьбе чистокровного и маглорожденной им нежелательно. Поэтому явиться смогла лишь Андромеда, которая, по факту, уже не являлась Блэк. Она пришла со своим мужем Тедом Тонксом и их восьмилетней дочерью Нимфадорой. Последняя забавно реагировала на свое имя, требуя, чтобы ее называли по фамилии, и злясь окрашивала свои волосы в красный цвет.
Остальные гости в лице родителей невесты и всего состава Мародеров уже разместились на своих местах. Хотя, поправочка: Сириуса, который должен быть свидетелем со стороны жениха, все еще не было видно, хотя время уже поджимало.
— Да где же он, — сказал Джеймс, явно нервничая.
— Успокойся, — сказал я ему, — Явится, куда он денется.
— Если он опоздает, я его убью, — прошипел Джей под смешки со стороны Римуса и Питера.
— Пойду проверю, как там невеста, — произнес я, направляясь в дом.
— Я с тобой, — сорвался с места родственник.
— Куда, — поймал я его, — Тебе нельзя. Парни, держите его.
Пока Римус с Питером в шутку скручивали Джеймса, я побыстрее ретировался. Сейчас с Лили должна быть моя мама. Диана согласилась выступить в качестве подружки невесты.
Добравшись до комнаты, которую выделили для невесты, постучал в дверь.
— Кто? — послышался из-за двери приглушенный голос матери.
— Свои, мам, — ответил я, — Могу я войти?
— Заходи, — вновь донеслось из-за двери после недолгого молчания.
Проходя в комнату, я увидел, как мама чарами укладывает Лили волосы.
— Ну как вы тут? — спросил я дам.
— Почти закончили, — ответила мама, — Осталось только несколько штрихов.
— Отлично, — радостно сказал я.
— Гости уже собрались? — подала голос Лили.
— Все, кроме Сириуса, — спокойно ответил я.
— Что?! — воскликнула она, поворачивая голову в мою сторону.
— Тцк, — цыкнула мама, когда из-за действий невесты локон выбился из общей массы волос, — Не дергайся, Лили, иначе мне придется начинать все сначала.
— Прости, — сразу повинилась рыжеволосая.
— Давай, давай, — усмехнулся я, — Слушай, что говорят.
Мама, отвлекшись от своего занятия, посмотрела на меня осуждающе.
— Клянусь, если он опоздает, — начала невеста, — или если из-за него что-то пойдет не так, у Джеймса станет на одного друга меньше.
— «Смерть на свадьбе», звучит интригующе, — посмеялся я и, уже успокаивающе, продолжил, — Если что, я или Римус все уладим, не волнуйся, Эванс. Оу, пардон, пока-еще-Эванс. Или мне лучше уже называть тебя тетушкой?
На последней фразе я рванул к двери, чтобы не словить какой-нибудь сглаз. Скрывшись за дверью, услышал лишь мягкий смех мамы.
— Ох, Мерлин, — вздохнула мама, и я просунул голову обратно в комнату, — Иногда я забываю, что ты все еще ребенок.
— Эй, я не ребенок, — наигранно возмутился я, — Мне уже пятнадцать. Ладно, дамы, ваш покорный слуга вынужден откланяться.
Уходя слышал лишь смех, доносящийся из комнаты. Как говорится: «Смех — лучший способ отвлечься».
Вернувшись к жениху, я застал его еще более нервным, чем когда оставлял.
— Джей, — позвал я его, — Ты похоже нервничаешь больше, чем твоя будущая жена.
— Иди ты, — вяло ответил родственник, — Это не твой свидетель опаздывает на свадьбу друга.
— А сделал бы меня свидетелем, — вдруг послышался голос отца, — Сейчас бы не нервничал. Эх, а еще брат называется.
— Адам, — сказал Сохатый, — Не сыпь мне соль на рану.
— Молчу, молчу, — сказал папа, изобразив пантомиму с закрыванием рта на замок, — Но гости уже заждались. Как там невеста?
— Уже заканчивают, — ответил я.
