— Ищите! — сказал Сергей. — Я вам их не рожу. Мы задёшево продаём крестьянам инструмент не просто так. Нам и того зерна, которое они выращивают своими ковырялками, достаточно! Только лет через пять, когда этого зерна некуда будет девать, а цены на него упадут, народ попрёт из деревни, и у нас появятся рабочие руки. А пока поищите среди тех, кто был раньше занят на строительстве дорог.
— Большинство из них сейчас кладёт асфальт в городах, — вздохнул Дальнер. — Ладно, будем искать.
— И ещё одно. Каучука мы собираем много, серы тоже довольно, но всё это используется мало. Эбонит вы стали внедрять, а резина, по-моему, только в насосах. Нужно подумать вот о чём. Деревянные колёса при постоянной езде быстро изнашиваются, а если их оббивать сталью, портят асфальт. Да и не положишь большого груза на повозку с такими колёсами. До резиновых колёс с надувными шинами мы с вами пока не доросли, но начинать о них думать нужно уже сейчас. Там будет много мороки и с покрышками, и с камерами. Да и всё остальное непросто сделать! Поэтому посадите несколько головастых парней, и пусть они думают. И объявите конкурс. Тому, кто придумает что-нибудь удачное, я выплачу немалые деньги. Думаю, что сотни золотых для ваших помощников или студентов будет достаточно. А если придумают действительно что-то замечательное, то денег я добавлю.
— А когда прибывает посланник?
— Эк как вас припекла эта медь! — сказал Сергей. — Через два дня он прибывает. Не беспокойтесь, я о ней не забуду.
Посланник, как и ожидали, прибыл на третий день к вечеру, а на следующее утро из представительства приехал слуга, привёзший прошение об аудиенции.
— Король может принять вашего посланника завтра в двенадцать часов, — ответил заранее проинструктированный Альбер. — Пришлите кого-нибудь, чтобы сообщить, какую аудиенцию хочет получить посланник, официальную или приватную.
После обеда этот же слуга сообщил, что господина посланника больше устроит приватный характер встречи.
— Ну и прекрасно, — сказал Сергей. — Нам же меньше мороки. Приготовьте всё, что нужно, в большой гостиной. Там всё и проведём.
На встречу посланник императора явился без свиты, только со своим номенклатором.
— Приветствую владыку южных королевств и его великолепную супругу! — поклонился он королю и королеве. — Я посланник нашего императора патриций Март Дорий.
— Приветствую и я посланника императора! — кивнул Сергей. — Садитесь, патриций. И ваш слуга пусть сядет.
— Это почему я великолепная? — с улыбкой спросила Альда.
— Ну как же! — ответил Март. — Вы женщина редкой красоты и ума, а ваша решимость у нас на многих произвела впечатление!
— О чём вы говорите, Март? — спросила Альда. — Вы не обидитесь, если я вас буду называть по имени?
— Буду польщён! — поклонился патриций. — У нас такое обращение в обычае между высокородными. А говоря о решимости, я имел в виду случай, произошедший пять лет назад, когда по вашему повелению покарали бывшего герцога, поднявшего руку на короля! Тогда ещё было много шума.
— И откуда узнали, что это мы? Были какие-то следы? Может быть, это было обычное ограбление?
— Всё было проделано чисто, — признал Март. — Но это стало только дополнительным подтверждением того, что действовали не бандиты, а ваши люди. Вырезать тринадцать вооружённых до зубов человек, перебить собак и всё это в крепости, в которую превратил своё имение ваш герцог! А последние сомнения исчезли, когда узнали о покушении на вашего мужа.
— И как на это отреагировал Сенат? — спросил Сергей.
— Большинство сенаторов отнеслось с пониманием, хотя были и такие, кто поднял шум. Вы же знаете, что не всем по душе наше сближение. Таких немного, но они есть. Но император обвинил их в том, что они хотят нанести вред Империи, поссорив нас с одним из самых сильных владык мира. А ещё первый император издал закон, что за такие действия сенатора вся его семья лишается места в Сенате. Это хорошая уздечка на сенаторов, хотя ею очень редко пользуются. В результате все недовольные заткнулись.
— Ладно, что было, то прошло, — сказал Сергей. — Давайте от прошлого перейдём к настоящему. Чем вызван ваш визит?
— У нас с вами сейчас очень близкие отношения, — сказал патриций. — Наш император хочет их сблизить ещё ближе. У его сына есть двухлетняя дочь, а у вас — пятилетний сын. Если вы не против, мы могли бы их заочно помолвить. У меня есть такие права.
— Интересное, приятное и несколько неожиданное предложение, — задумался Сергей. — Я не против помолвки, но не хотел бы навязывать своему сыну жену. Вы меня понимаете? Если они, когда войдут в возраст, не понравятся друг другу, помолвка будет расторгнута. Не оскорбит ли это императора?
— Ему это будет неприятно, — ответил посланник. — Но есть способ этого избежать. Дети, как правило, сходятся, когда растут вместе.
— Это так, — согласился Сергей. — Примером может служить моя сестра. Но я не могу отправить наследника к вам. И не из-за недоверия к императору. Он у нас пока один, и будет ли другой, ещё неизвестно. Даже случайный шторм…
