Раймонд вовсю уворачивается от нападений, задними лапами отбивая морду одного из одичалых. Тот отлетает на землю, выкладывая дорожку примятой травы. Второй оппонент валится под натиском зубов на вздыбленном боку.
Альдери срывается в сторону боя, готовясь запустить грязевой булыжник в поднимающееся тело. Двое других продолжают попытки вцепиться в горло Раймонду. Руки трясутся, когда она заносит камень над головой, уличая лучший момент для раздачи. Встающий с земли замечает нервные движения с боку и оборачивается на неё, обдавая своим кровожадным взглядом.
Альдери на миг теряется в этих кровавых глазах, но летящий вой заставляет скинуть оцепенение. Задерживая дыхание, она делает резкий рывок рукой, камнем попадая точно в цель. Одичалый трясет головой, быстро отходя от удара по корпусу. Морду искажает злобный оскал, глаза становятся еще кровавее. Он начинает медленное наступление на неё, вызывая холодный парализирующий страх.
— Ну же волчица, проснись! — нервно призывает свою вторую ипостась, надеясь на чудо. В моменты угрозы она всегда выходит на передний план. Где же она сейчас?
— Давай же, — проговаривает толи себе, толи одичалому, что медленно наступает на неё.
Раймонд видит всех своих соперников, нарочито дает одному из них потерять бдительность. Вырывается из очередной атаки, попутно разрывая предплечье самого бесконтрольного, задними лапами откидывает второго поменьше.
Про себя ругает глупую девчонку, оставляя морально-воспитальный процесс на потом. Глупость придется выбивать тяжелым словом.
Он бы и один справился.
Альдери продолжает отходить назад, руками сгребая сухую палку и ожидая выпада. Она мало ей чем поможет, но вероятно даст заминку. Может зверь в ней к тому времени все таки проснется.
Стопы смещаются назад, скользя по травянной поверхности. Её притеснитель готовится ускорить шаг, давая это понять присогнутыми лапами, но в какой-то момент замирает каменным изваянием.
Что ты встал? — думает про себя, не понимая его тактики. Такого Альдери не ожидает. Уж лучше сразу пусть нападает. Чего ждать? Нервы струнами натягиваются, готовясь лопнуть и повиснуть дребежащими плетями. Глаза выхватывают несущегося Раймонда.
Одичалый в последний момент замечает приближающуюся смерть, не успевая увернуться от впивающейся в горло пасти. Аллая жидкость фонтаном вырывается наружу. Болевой скулеж резко обрывается, глаза одичалого закатываются, грудь вздымается последний раз и опадает.
Альдери по инерции делает еще один шаг назад и спотыкается об что-то мягкое и теплое. Кто-то влажным носом возвращает ей устойчивость. Мокрый след чувствуется на бедре как выженное клеймо.
От шока замирает, боясь повернуться назад. Мыщцы в десятый раз каменеют. Палка зависает в воздухе, Альдери не решается сделать лишнее движение. Спазмированное тело заморозилось, а глаза непрерывно смотрят на Раймонда, который в этот момент переключается на оставшихся участников битвы. Те готовятся к новой атаке, но без явного энтузиазма.
Позади себя слышить легкое дыхание и шелест сминаемой травы. Сердце заводится в бешеном ритме, превышая все допустимые нормы. Перед глазами искрят разноцветные вспышки, а пальцы сильнее сжимают сомнительное орудие, которым готовится нанести отпор. Слишком много эмоций для последнего получаса.
Альдери заторможенно разворачивается, готовясь к вероятной схватке. Краем глаза успевает заметить только черную гору шерсти, которая вальяжно проплывает мимо неё в сторону событий. Круговые пятна застилают передовую, девушка слабо разбирает движущийся силуэт. Он по-королевски неторопливо подходит к дерущимся волкам и одним движением срывает с Раймонда одного из нападающих. Так же лениво подходит к отброшенному волку и стальным захватом размеренно загибает голову назад, ломая шею. Треск костей на повторе играет в голове девушки.
Ей бы впору радоваться от подоспевшей помощи, да только горестно плакать хочется.
Рамир расправляется с одним из нападавших и оставляет Раймонда уделывать последнего. Медленно разворачивается и неспешным ходом направляется прямо на Альдери. Взгляд мечет молнии, черная шерсть лоснится под лучами светила, мыщцы буграми перекатываются под мастью. Весь его облик говорит о тотальном сдерживаемом гневе.
Только Альдери ни капли не боится его. Надо будет — и в новую схватку кинется. Терять ей нечего.
Лирый волк приближается, а девушка не сводит взгляда с его наступательных движений. Поступь царя могла бы завораживать, и заставлять девичье сердце биться чаще, только нашей девушке не интересен данный властитель. Её сердце может заводится только от гнева при виде его. Но в этот час и гнева нет. Она равнодушно дожидается прибытия давнишнего врага.
Подходя ближе, вырастает перед ней в человеческой форме, сокращая расстояние до минимума. Глаза полыхают золотым огнем, со смуглой кожи сбегают влажные дорожки. Он припечатывает девушку к позади-стоящему дереву и переносить крепкую руку на подбородок Альдери, сжимая мертвым хватом.
