Рыцарь, которому предстояло стать господином семейства Нолы, славился своей суровостью и нетерпимостью к распутству. Я был только рад такому решению. Вудворд сам поговорил со старым рыцарем, сказав ему, что переживает из-за грехов молодой крестьянки и просит помочь спасти её душу. Старик согласился, пообещав Вудворду перевоспитать блудницу.
Теперь, когда одной проблемой стало меньше, я решил заняться своим внешним видом. К слову сказать, на собственной помолвке я был в одежде Девлина: она прекрасно подходила моему положению, но была мне великовата. Элеонора позвала портних и дала им соответствующие указания. Те обещали за несколько дней частично обновить мой гардероб.
Графиня тоже не сидела без дела. Добраться до Элеоноры она не могла, а вот барону Беверли повезло меньше. Сразу после объявления о помолвке графиня подошла к барону. Её взгляд был полон тоски и всемирной скорби.
— Вот, полюбуйтесь, к чему привело ваше бездействие, — сказала она, — мало того, что у вас отняли замок и земли, так ещё и вашу дочь отдали на поругание.
— Моя дочь выходит замуж за графа, — возразил барон.
— Он не граф, а безродный крестьянин!
— Какое это теперь имеет значение?
— Представьте, что ждёт ваших внуков, кто захочет породниться с сервом?
— Алекс достаточно умен и уже начал обзаводиться связями, один граф Вудворд чего стоит, да и сам король ему благоволит.
— Граф Вудворд разорен, а король — дурак.
— Вы не боитесь, что вас услышат? — спросил барон, поражаясь неосмотрительности тёщи.
— А вы не боитесь, что после свадьбы окажетесь на улице? — парировала графиня, — но не переживайте, я готова принять вас в моём замке.
— Благодарю, но думаю, встречу свою старость здесь, — ответил он.
— Я бы на вашем месте на это сильно не рассчитывала. Если не удастся помешать свадьбе, мой замок и титул перейдут к вам. Раньше я хотела завещать всё Элеоноре, но теперь передумала.
— На что мне всё это?! — удивился барон.
— Вы ещё можете жениться и родить наследника. Пусть лучше ваш сын унаследует мой замок, чем какой-то крестьянин.
— Боюсь, что жениться я не собираюсь.
— Обещайте подумать, а я пока подыщу вам подходящую партию.
— Не нужно мне никого искать, — испугался барон.
— Не бойтесь, найду вам покладистую скромную девушку. Как только переедете ко мне, так и начнём подбирать невесту, — сказала графиня.
Барон переезжать никуда не собирался, а жениться тем более, но, чтобы не продолжать бессмысленный спор, промолчал. А появление сэра Гая спасло его от дальнейшего разговора с графиней. Гай подошел поприветствовать барона и графиню, но старуха не стала с ним говорить и демонстративно ушла.
— Не понимаю, — сказал сэр Гай, — я чем-то обидел ее?
— Нет, она бесится из-за предстоящей свадьбы Элеоноры и Алекса.
— А что ей не нравится? — удивился Гай. — Он теперь граф, и, я смотрю, они с вашей дочерью ладят.
— Ох, не спрашивайте, — вздохнул барон.
— А вы что думаете о будущем зяте?
— Вроде толковый парень, надеюсь, что и с замком справится.
— Справится, но помочь ему придется.
— Да, если попросит, помогу, — ответил барон, и в его голосе слышалась грусть.
— Не расстраивайтесь, Алекс хороший человек, вот увидите.
— Я и не сомневаюсь в этом.
В зале появился король, и все внимание переключилось на него. Он объявил, что завтра состоится суд над предателем Бенедиктом. Монарх потребовал, чтобы на суде присутствовали все, кто гостит в замке Беверли. Когда он это говорил, мы своей небольшой компанией тоже были в зале.
— Не хочу даже слышать о нем, — сказала Элеонора.
— Мерзкий тип, — согласилась с ней леди Эн.
— Алекс, моя бабушка утверждает, что я сама спровоцировала Бенедикта, но поверьте, это не так, — испуганно сказала Элеонора.
— Послушайте меня, Эли, — ласково сказал я, — только трус и подлец может напасть на женщину, ни один уважающий себя мужчина не позволит себе подобного.
— Но ведь так теперь думает не только моя бабушка, — всхлипнула она.
— Мне все равно, кто и что думает, — твердо сказал я, — и вы не должны об этом думать, поверьте, я никогда не упрекну вас и не обвиню в том, в чем вы не виноваты.
— Но общество… — возразила она.
— Плевать на общество, это просто кучка лицемеров, трусливые и одержимые похотью мужчины, которые сваливают свою вину на женщин, это не общество, а стадо козлов.
— Я вызову его на поединок! — воскликнул Роланд.
— Нет, я сам могу его вызвать, — сказал я.
— Позволь мне это сделать, — настаивал Вудворд, — у меня больше опыта в подобных делах.
— Господа, вы не забыли, что завтра его будут судить? — спросила леди Эн.
— Я попрошу короля, чтобы он отдал его нам, — сказал Роланд.
— Боюсь, что в этом случае буду вынужден вам отказать, — сказал незаметно подошедший к нам король.
Все мы поклонились монарху, а он отозвал леди Эн в сторону. Ему было интересно, что она думает обо мне и всей ситуации в целом. Она описала меня королю как верного, надежного человека. Тогда он спросил о Роланде. О нем леди Эн высказалась довольно критично, назвав его пустомелей, но при этом покраснела. Заметив это, монарх довольно улыбнулся и отпустил маркизу.