Я набрал ее номер, не собираясь вдаваться в детали, ободрять или подавать ложные надежды. После четырех гудков я приготовил маленькую речь для робота-автоответчика. Ага, вот и он. «К сожалению, в настоящий момент никто не может ответить на ваш звонок. Если вы…»
Прозвучал сигнал.
— Миссис Эббот, это доктор Делавэр. Я поговорил с детективом насчет Лорен. Ничего нового сообщить не могу, но мой приятель-коп теперь в курсе дела. Как только будет новая информация, я…
Голос реального мужчины прервал меня. Очень мягкий, прерывистый.
— Да?
Я представился. Последовала длинная пауза. Я сказал:
— Алло? Вы еще там?
— Это мистер Эббот.
Фраза прозвучала скорее как объявление, чем ответ.
— Мистер Эббот, ваша жена говорила со мной недавно…
— Миссис Эббот.
— Да, сэр. Я и она…
— Это мистер Эббот. Миссис Эббот нет дома.
— А когда она вернется, сэр?
Несколько секунд длилось молчание. Затем:
— Дом пуст…
— Ваша жена позвонила мне насчет Лорен, и я обещал перезвонить.
Опять тишина.
— Ее дочь, Лорен, — сказал я. — Лорен Тиг.
Ответа все не было.
— Мистер Эббот?
— Моей жены нет, — жалобно заявил он слабым голосом. — Она то выходит, то возвращается… То выходит, то возвращается…
— С вами все в порядке, сэр?
— Я наверху, пытаюсь читать. Роберта Бенчли. Вы читали когда-нибудь Роберта Бенчли? Ужасно смешно, только слова становятся маленькими…
— Я перезвоню попозже, мистер Эббот.
Ответа не последовало.
— Сэр?
Он повесил трубку.
Я посмотрел на телефон в растерянности.
Робин постучала, вошла, прислонилась к косяку и сказала:
— Я готова.
Она надела маленький черный свитер и длинную твидовую юбку, слегка накрасила губы. Ее улыбка помогла забыть странный телефонный разговор.
Мы остановились в небольшом японском ресторанчике к югу от Олимпика, в единственном месте, которое работало в такой поздний час на темной и безлюдной аллее. Кроме нас, посетителей с неазиатской внешностью не было, и все же большого внимания мы не привлекли. Худощавый шеф-повар в суши-баре резал что-то похожее на угря. Миниатюрная официантка проводила меня и Робин за уединенный угловой столик, где мы выпили саке. Наши пальцы сплелись, мы немного поговорили, а потом замолчали. Обслуживание было несколько официальным, но превосходным. Еще одна изящная официантка снова принесла нам по чашке теплого саке и изысканно приготовленные блюда. Тишина и приглушенный свет подействовали успокаивающе. Поэтому, когда мы вышли на улицу полтора часа спустя, в голове у меня прояснилось.
Спайк встретил нас жалобным поскуливанием, так что мы решили взять его на короткую прогулку. Затем Робин пошла в ванную, а я не знал, чем себя занять. В конце концов сдался и пошел проверять автоответчик, все еще думая о муже Джейн Эббот.
Получил сообщения от профессоров Холла и де Мартена. Правда, вместо профессора Холла звонил молодой человек, назвавшийся Крейгом, помощником по дому. Он сообщил бодрым голосом:
— Стивен и Беверли в долине Луары с детьми и вернутся только через неделю. Я обязательно передам ваше сообщение.
Де Мартен говорил сам, спокойным, несколько озадаченным голосом, с легким акцентом.
— Это Симон де Мартен. Я посмотрел свои записи, Лорен Тиг действительно одна из моих студенток. К сожалению, не помню ее лично. Извините, больше ничем не могу помочь.
Робин крикнула из ванной: «Присоединяйся!» — и я уже был без одежды, когда зазвонил телефон. Я не стал поднимать трубку и с удовольствием расслабился в воде. Медленно помыл волосы Робин, потом просто лежал, тихо нежась. Натирание мочалкой привело к ласкам и брызганью друг в друга, что, в свою очередь, закончилось залитым водой полом. В итоге мы переместились на кровать и занимались любовью, пока оба не выдохлись, мокрые и покрытые мыльной пеной.
Я все еще тяжело дышал, когда Робин встала, завернулась в мой старый халат, пошла на кухню и вернулась с двумя стаканами апельсинового сока. Она влила немного сока мне в рот, выплеснув при этом на кровать куда больше, и нашла это деяние восхитительным. Моя месть была не менее мокрой. Потом мы поменяли простыни, Робин начала сушить волосы, а я надел футболку и шорты, вышел на террасу и облокотился на перила. Я стоял и всматривался в темные тени сосен, кедров и камедных деревьев, покрывавших холмы перед нашим домом.
Я чувствовал себя героем голливудского фильма и все еще был в оцепенении, когда голос Робин вывел меня из этого состояния:
— Дорогой, это Майло. Говорит, звонил полчаса назад.
Так, звонок, на который я не ответил.
Робин сказала:
— Можешь поговорить здесь. Я спущусь к пруду, там что-то фонарь не горит.
Я взял телефон в спальне.
— Что случилось?
— Твоя девушка, Лорен Тиг. Теперь это и мое дело, — сказал Майло.
* * *
Девять часов вечера, бульвар Сепульведа. Промышленный район к югу от Уилшира и к северу от Олимпика. Магазины, торгующие дешевыми товарами, ветеринарные клиники, продажа мебели оптом. Кроме ветлечебниц, на ночь все закрывается. Где-то визжала кошка.
Майло объяснил: «Восточная сторона улицы. В аллее».
Недалеко от места, в котором я всего три часа назад набивал себе живот. Сейчас при мысли о еде меня замутило.