— Это фактор риска. Когда Брэда в последний раз отправляли в школу-интернат?
—После того, как Амелия отреклась от группы. Не сразу… через месяц, через пять недель.
— Что убедило ее сдаться?
- Кто знает? Однажды она позвонила моей маме и прямо заявила ей, что у популярной музыки нет будущего. Как будто это она сделала выбор. Какое безумие!
—И вскоре после этого Брэд ушел.
— Я думаю, он ей больше не был нужен... Теперь, когда я говорю об этом, я понимаю, как ему, должно быть, было тяжело. Использовали и выбросили. Если его это и задело, то он этого не подал. Напротив: он всегда оставался спокойным, как будто его ничто не касалось. Это ведь тоже ненормально, не правда ли? Вы могли бы стать для меня психологическим консультантом?
— Составьте договор, и мы поговорим об этом еще раз. И капитан Дауд, там-
внутри ?
— Что, капитан?
— Он руководил группой?
— Насколько мне известно, его ничего не волновало. Что ничем не отличалось от поведения других отцов в округе. Но их не было дома, поскольку они работали. Капитан Дауд жил за счет своего наследства.
Он никогда не работал по специальности.
— Чем он занимался?
— Гольф, теннис, коллекции автомобилей, хорошие бутылки, что угодно. Он очень часто ездил в отпуск за границу. Или делать большие круги, как говорила моя мама.
- Где?
— В Европе, я думаю.
— Он путешествовал со своей женой?
— Иногда, но чаще всего он ходил один. Это была официальная версия.
— А неофициальный? Я спросил.
Она продолжала играть со своим стаканом.
—Скажем так: однажды я услышал, как мой отец шутил с партнером по гольфу, что капитан пошел на флот, чтобы быть рядом с молодыми парнями в обтягивающей синей форме.
— Он путешествовал с молодежью?
— Нет, скорее найти.
— Машина слухов.
— Поднимает людям настроение, — ответила она.
— Была ли гомосексуальность капитана Дауда известна общественности?
— Если мой отец знал, то и все остальные знали. Он показался мне очень приятным парнем... Я имею в виду капитана. Но без какой-либо индивидуальности. Может быть, именно поэтому Амелия флиртовала со всеми.
— Включая Брэда, — сказал я.
— Я думаю, они все были сумасшедшими. Объясняет ли это произошедшее?
— Это начало объяснения.
— Ты не сильно намокнешь.
— Я пока нахожусь на этапе, когда ищу, как сформулировать вопросы.
Глаза Эмбер стали жесткими, и я подумал, что она собирается сказать что-то искреннее. Вместо этого она встала и разгладила переднюю часть брюк.
— Мне пора идти, — сказала она.
Я еще раз поблагодарил ее за то, что она уделила мне время.
— Я знаю, что это была чушь, когда ты сказал, что у тебя открытый ум, но я все равно хотел бы позвонить тебе, если недвижимость будет выставлена на продажу. Это действительно стоящее дело... для таких, как вы, сейчас наступило прекрасное время в сфере недвижимости.
У вас наверняка есть номер телефона?
Я дал ему свою карточку, заплатил за напитки и проводил его до металлического купе «Мерседес».
Она села в машину, завела двигатель и закрыла капот.
— Я, вероятно, никогда не напишу эту книгу. Я ненавижу писать. Может-
быть фильмом для кабельного телевидения.
- Удачи.
— Странно, после вашего звонка я пытался найти в этом какой-то смысл, поискать элемент, который мог бы это предсказать.
— Что-то обнаружили?
— Это, наверное, бессмысленно... Мне приходится придавать безумный смысл вещам, которые его не имеют. Но если то, что говорят о том, что случилось с этими людьми, правда... я имею в виду кровавые подробности...
— Они правдивы.
Она достала из сумки пудреницу, проверила макияж в зеркале, пригладила волосы и надела солнцезащитные очки.
— Миссис Дауд показала нам... любопытный номер, — продолжила она. Когда мы вели себя глупо на репетициях, что случалось часто, она выходила из себя, но старалась этого не показывать, потому что хотела выглядеть частью компании... как мама Косвилл или Ширли Джонс.
— Подруга матери.
— Как будто это вообще возможно… В общем, она начала с того, что захлопала в ладоши, чтобы мы замолчали, а потом сыграла роль Красной Королевы…
королева Алисы в Стране Чудес. Она даже дала это понять первые два-три раза. Я — Красная Королева, и мне нужно подчиняться! Мы наконец поняли. Каждый раз, когда она хлопала в ладоши, она собиралась исполнить роль Красной Королевы. Который заключался в предоставлении нам цитат вроде: «Я в пять раз богаче и умнее тебя!» «или даже: «Какая польза от ребенка, который ничего не значит? » Я воспринял это так, как будто это была очередная его странность, но, возможно…
Она замолчала.
— Может быть… что?