— Снято примерно четыре года назад, но за это время Катрина мало изменилась. — Она дотронулась да собственной щеки. — Хорошие гены. Фото сделано на свадьбе кузины, где Катрина была подружкой невесты. Очень жаловалась на платье.
Хорошенькая девушка с личиком в форме сердечка, в атласном платье с широкими плечами цвета мертвой плоти. Широкие рукава слишком коротки и плохо сидят. Высокий квадратный лиф выполнил свое обещание никому не льстить. Светлые волосы подняты наверх и свисают локонами, напоминающими бронзовые сосиски. Губы растянуты в нечто, похожее на улыбку, но на всем остальном лице ясно читается презрение.
— Выходит, — протянул Майло, — вы практически уверены, что ваша дочь отправилась в одну из своих поездок, и заявили о том, что она исчезла, просто на всякий случай?
— Уверена, что без паспорта далеко она не уехала.
— Вы побывали в ее квартире?
— Заболтала хозяина и зашла. Немного прибралась, и, видит Бог, дыра в этом нуждалась. Ее паспорт лежал прямо в ящике комода, лейтенант, а если она и взяла какую-то одежду, то очень немного. Впрочем, Катрина способна выпорхнуть из дома только с сумочкой и кредитной карточкой…
— Гарантом ее кредитной карточки выступаете вы?
— Уже нет. Хватит. Катрина перешла все границы. У нее теперь «Виза!» с максимумом месячного кредита в тысячу долларов, и обязательство самой платить по своим счетам. Должна сказать, в основном она так и делает. — Моника скрестила пальцы.
— Без паспорта, без одежды, — хмыкнул Майло. — Что это за отпуск?
— Во многих местах, куда она любит ездить, — пояснила Моника Хеджес, — девушке не требуется ничего, кроме бикини и бокала для вина. Возможно также, что она воспользовалась полагающейся ей как продавщице скидкой на одежду.
— Она работает в модном магазине?
— Да, продает одежду в бутике «Ла Фам» на Брентвуд. Если хотите знать мое мнение, вульгарно и чересчур дорого. Я говорила ей, что, возможно, смогу найти ей через Рояла работу в «Харари» или где-нибудь на Родео. Он занимался производством одежды и владел большой компанией, которая поддерживала связь с кутюрье мирового масштаба.
Моника повертела свою незажженную сигарету и потянулась к зажигалке из оникса, но Майло ее опередил.
— Работа Катрины, — продолжала она между затяжками, — совершенно бесперспективна. Как и все ее остальные занятия. Я полагаю, в глубине души она считает, что и не заслуживает ничего лучшего, так как не получила должного образования. Она бросила среднюю школу, хотя потом все же получила диплом о среднем образовании и проучилась семестр в Санта-Монике. Собиралась учиться там два года, чтобы потом перевестись в Калифорнийский университет, но вместо этого опять все бросила и устроилась на работу в обувной магазин Фреда Сегала. Оттуда ее уволили за неумение обращаться с покупателями. Я уговаривала ее взять быка за рога и вернуться в Санта-Монику. Ей надо было всего-то проучиться полтора года. Ни в какую.
— Похоже, девочка у вас немного неслух.
— Немного? — Хриплый кашель. — Джентльмены, я очень люблю свою дочь, но совершенно уверена, что она самоутверждается, дразня меня. Катрина всегда была трудным ребенком. В младенчестве она отличалась ангельской мордочкой, но орала двадцать четыре часа в сутки. Начав ходить, лезла всюду. Она всегда ненавидела школу, хотя голова у нее хорошая. Хорошо поет, но не желала участвовать в хоре. С ее фигурой вполне могла бы стать руководителем группы поддержки. — Миссис Ходжес вздохнула. — Может быть, когда-нибудь она повзрослеет.
— Давайте вернемся к той ночи, — предложил Майло. — Катрина отправилась в клуб с двумя подругами: Бет Холлоуэй и…
— Рианной, фамилия какая-то иностранная.
— Куда именно они пошли?
— В какую-то дыру в Западном Лос-Анджелесе, больше похожую на сарай, чем на ночной клуб. Безобразный промышленный район, за Пико, на одной из боковых улочек.
— Вы там были?
— Побывала там вчера и поговорила с вышибалами — ужасными мужчинами, настоящими монстрами, а также с менеджером. Никто не хотел помочь. Сказали, что было очень много народу и они не запомнили Катрину или кого-то подозрительного. Охранных видеокамер в этом заведении нет. Разве это не глупо, лейтенант?
— Я бы вел там дела по-другому, — сказал Майло. — Как называется клуб?
— «Зажигай!».
— Как в песне.
— Извините?
— Нет, ничего. У вас есть номера телефонов Бет и Рианны?
— Нет, но я могу предположить, где их обеих найти. Бет сказала, что она продает драгоценности в магазине рядом с «Ла Фам», а Рианна работает в отделе косметики в «Барниз».
— Вы знаете, как называется ювелирный магазин?
— Это рядом с тем бутиком, где работает Катрина, — «Сан-Винсент» рядом с «Баррингтоном»… Я бы очень беспокоилась, если бы речь шла не о Катрине, но все равно уже начинаю нервничать. Чем вы сможете мне помочь, лейтенант?
Майло спросил:
— Насколько долгой была ее самая длинная отлучка?