Немного помолчав, он повторил:
– Никогда не было…. Ну, конечно! Если я не позволю эту книгу создать, то её никогда не будет существовать! Я должен попасть в прошлое!
Затушив костёр, Алекс вышел из леса и оказался посреди заснеженного поля. Встав на колени, раскинув руки в стороны, он призвал все свои силы для совершения магического ритуала. Юный чародей не был уверен в своих силах, потому что прыжок в прошлое на тысячу лет вряд ли кто-то пробовал сделать до него, но решение было принято. Стараясь уловить ощущения своей энергии и нащупать связующее звено пространства и времени, он почувствовал, как его мозг готов был взорваться. Земля под ногами задрожала. В глазах потемнело, его тело обмякло и он, потеряв сознание, словно срезанный под корень стебель, повалился на землю.
47.
Очнувшись, Алекс понял, что лежит на земле, в том же самом запорошенном снегом поле. Решив, что перемещение ему не удалось, встал и огляделся. К нему быстро приближались трое всадников. Решив, что это кто-то из деревни разыскивает его или Иоганна, чтобы сообщить новость о пожаре, он не стал убегать и прятаться. По мере приближения, он разглядел, что всадники вовсе не были похожи на односельчан. Это были мужчины в длинных шерстяных плащах, закреплённых на плечах какой-то железной штукой, похожей на брошь. Их лица были наполовину скрыты под густыми усами и бородой, а волосы на голове странно торчали, напоминая то ли башню, то ли гнездо. В руках у каждого был деревянный щит, обтянутый кожей. На талии побрякивал богато украшенный бляшками пояс с ножнами для меча. Подъехав поближе, они начали спорить между собой, то и дело, показывая пальцами в сторону Алекса. Несмотря на то, что незнакомцы говорили очень громко, он не смог разобрать ни слова. Наконец, они подъехали ещё ближе. Один из мужчин спешился и, подойдя к Алексу поближе, без предупреждения ударил его кулаком в челюсть. Тот рухнул, как подкошенный.
Сквозь ноющую боль, приоткрыв глаза, Алекс увидел, что находится в какой-то деревне. Он лежал со связанными руками и ногами, облокотившись о стену чьего-то жилища, представляющего собой хижину из сплетённых жердей, обмазанных глиной. Крыша была покрыта соломой. Вход закрывала звериная шкура. Над самым входом висело четыре головы. Это были человеческие останки, некоторые из которых почти истлели, обнажая кости черепа. Возле жилища стояла большая дубовая бочка для сбора дождевой воды. Оглядевшись кругом, Алекс насчитал около двух десятков таких домов. По деревне ходили люди, совершенно не обращая на него внимания. Стройные женщины, подчёркивали свою талию узкими поясами. Почти у каждой на запястьях были массивные браслеты, а на шее звенели украшения, либо поблёскивали бусы из янтаря. От холода их спасали шерстяные плащи с яркими рисунками.
Своё будущее Алекс представлял смутно, но его всё же радовало, что эти дикари не убили его сразу. Из хижины вышел мужчина, в котором юноша сразу же узнал бородача, ударившего его. Несмотря на то, что мужчина не был крепкого телосложения, он легко схватил пленника за шиворот и втащил в хижину. Внутри помещения, состоящего из одной комнаты, были две женщины. Одна сидела в углу и растирала нехитрым приспособлением зёрна в муку. Другая женщина, значительно старше первой, сидела у очага посреди хижины и помешивала в котле жареное мясо кабана, аромат которого наполнял всю хижину. Следом в хижину зашёл старик. Он склонил почтительно голову и присел у входа. Бородач дал ему знак подойти поближе. Алекс не понимал, о чём они говорили между собой, но вскоре седовласый мужчина обратился к нему на каком-то германском диалекте. Из его слов он разобрал, что он теперь раб этого бородатого мужчины, поэтому должен делать всё, что ему прикажет хозяин или его голова украсит хижину. Алекс закивал головой в знак того, что он понимает.
– А кто они? – спросил он.
– Это кельты – жестокие и кровожадные воины! Твоего хозяина зовут Агнаман. Он один из лучших воинов! И скоро…. Скоро ты пожалеешь, что тебя сразу не убили. Ради своих Богов они приносят в жертву пленников, подвергая их пыткам и сжигая на костре.
Хозяин поднял руку, и старик тут же замолчал и опустил голову. Вскоре ужин был готов, и пожилая женщина привела откуда-то двух подростков лет двенадцати и пятнадцати. Обе женщины, хозяин и мальчики сели у костра на разостланных меховых шкурах и с наслаждением начали поедать мясо. Алекс только сейчас понял, насколько он голоден, но их приглашать к трапезе никто не собирался. Они тихонько сидели у входа. Когда семья наелась, то к котлу разрешили подойти рабам. На их счастье там оставалась несколько кусков мяса. Алекса развязали и позволили поесть.
– Кто ты? Откуда ты? – обратился Агнаман к Алексу, делая жест старику, чтобы тот переводил каждое слово.
– Меня зовут Алекс. Я пришёл издалека, – уклончиво ответил он.
– Откуда?
– Далеко на востоке есть славянские племена.
– Не слышал о таких! – удивился Агнаман. – Почему ты говоришь на языке германских племён?
– Я был в плену, – солгал Алекс. – Научился говорить на их языке.
